Книга Верить ли словам?, страница 82 – Юлия Крымова

Я набираю в легкие воздуха и понимаю, что мой ответ получился каким-то слишком эмоциональным. Слишком яро я защищала право Марата Темирова на свободу выбора. И Марьям, которая уже успела прищуриться и смотрит сейчас на меня, будто впервые видит, тоже это уловила.

— Он тебе нравится? Мой брат тебе нравится, да?

Я не отвечаю. В этом нет необходимости. Мы обе дергаемся на звук захлопывающейся двери. Я испуганно вжимаюсь в кресло, в надежде с ним слиться. Вдруг хозяин квартиры не заметит моего присутствия? Жаль, его сестра не оставляет мне шанса.

— Мар, у нас гости, — предупредительно кричит Марьям.

Господи, ну зачем?

Ведь я теперь с трудом могу усидеть на месте. Напряженно ловлю каждый шорох из прихожей: как ключи со звоном опускаются на полку, как расстегивается молния на мужской куртке, как она шелестит, когда Марат вешает ее рядом с моим полушубком.

Он уже понял, кого именно принесло к нему домой?

Или, судя по тому, как при виде меня Темиров застывает в дверном проеме, для него это полная неожиданность. Приятная ли?

Мое сердце колотится быстро-быстро, но я взмахиваю рукой и улыбаюсь.

— Привет, — здороваюсь первой, хоть мы виделись сегодня несколько раз. В столовой, в коридоре школы, в холле. Но вот у него дома впервые. И мне, черт возьми, дико неловко сейчас за непрошенное вторжение. Он меня не приглашал. Он понятия не имел, что я сижу на его кухне распивая кофе. Все это читается на его лице. Во взгляде, где царит растерянность. В плотно сжатых губах, которые все-таки разжимаются, чтобы произнести:

— Добрый вечер.

Марат так и стоит посреди коридора, будто дальше какая-то невидимая граница, которую ему лучше не переходить. Не переступать, чтобы ни дай Бог не приблизиться ко мне

— Я уже ухожу, — спешу успокоить, отставив кружку с горьковатым напитком.

— Разве тебя кто-то гонит? — говорит, уже не глядя в мою сторону.

Оставив на кухонном островке пакет с продуктами, Марат скрывается где-то в недрах своей квартиры так быстро, как и появился. А минут через пять со стороны ванной комнаты раздается приглушенный шум льющейся воды.

— Я, правда, поеду. Спасибо за угощения. И за компанию, — я силюсь улыбнуться, и торопливо начинаю собирать вещи, чтобы сбежать до того, как мой начальник выйдет из душа. Почему-то воображение без спроса рисует его лишь в одном набедренном полотенце. И эти картинки заметно мешают мне обуваться. Застежка на лаковых ботильонах, как назло, поддается с третьего раза.

— Диана, ты пообещала, что разговор останется между нами, — напоминает Марьям, переминаясь с ноги на ногу.

Она больше не требует ответить, нравится ли мне ее брат, и не улыбается. Видимо, жалеет, что разоткровенничалась. Или осуждает. Ведь несколько раз она коснулась взглядом моего обручального кольца.

— Так и будет, Марьям. — заверяю, когда в гостиной снова раздаются шаги. — Не переживай.

Мне хочется выскочить за дверь, даже не попрощавшись, но Темиров все-таки успевает появиться первым.

— Я тебя провожу, — ставит перед фактом, наклоняясь за обувью и быстрым движением натягивая кроссовки.

— Это лишнее, — вяло протестую, глядя на его еще влажные после душа волосы. — Спуститься в лифте сможет любой ребенок. На какую там кнопку надо нажимать? На единицу?

Я шучу, стараясь разбавить это скопившееся напряжение. Только никому из Темировых не смешно. Марат уже успел надеть куртку, а Марьям хмуро косится на брата.