Книга Развод. Я ухожу из твоей жизни, страница 30 – Даша Черничная

— Да мне насрать, — грубо бросает Гриша.

Я же отшатываюсь от этих хамских слов. Пользуясь заминкой, Гриша проходит в квартиру, ставит на пол коробку.

— Я тебя не приглашала.

— Мне как-то похрен на это, Настя. Его, значит, можно звать, а меня нет? Если ты не забыла, я все еще твой муж.

Ничего себе предъява.

— Это поправимо.

Что-то меняется во взгляде Гриши. Будто черти победный танец пляшут. Какой-то неадекватный становится у него взгляд.

— Сколько пройдет времени, прежде чем ты прыгнешь к нему в койку?

— Всерьез меня считаешь такой?

— Отвечай.

Яшин всегда был собранным, но, видимо, я совсем не знала его. Семь лет я жила с человеком, которого видела совершенно другим. Сейчас же мне страшно находиться в закрытом пространстве с этим мужиком.

— Это твоя прерогатива, — поднимаю подбородок. — Я чиста перед тобой. В левых связях не замечена. С другими мужиками по углам не сосалась, свои нюдсы никому не отправляла, а мне никто не слал дикпики. Так что засунь себе эту претензию знаешь куда?

Я тоже зачастую собранная и спокойная, даже чересчур. Но иногда меня можно вывести из себя, я не железная. И сейчас как раз тот самый момент. Я никому не позволю обвинять меня в том, чего я и близко не совершала.

Гриша делает резкий выпад в мою сторону. Я не успеваю среагировать, как оказываюсь прижата к стене в коридоре. Яшин кладет руку мне на шею и слегка сжимает ее.

Не больно, дышать можно. Но это… это очень странные ощущения. Словно я ничего не решаю в этой ситуации и Гриша может придушить меня в любой момент.

Он выше, крупнее, сильнее. Я не смогу выйти из нашей перепалки победителем. Все, что мне остается, это положить свою руку на его и хоть как-то пытаться контролировать ситуацию.

Яшин опускает лицо и наклоняется над моим ухом, шепчет горячо:

— Только попробуй с ним, — ухо обдает жаром, по коже ползут мурашки.

То ли от страха, то ли еще черт его знает отчего.

И нет бы мне быть умнее и послушаться — лишь бы отпустил, но я никогда ни перед кем не склоняла головы и не буду этого делать сейчас.

Гриша пристально смотрит мне в лицо, ждет ответа. И я его даю:

— Пошел ты, Яшин! С кем хочу, с тем и буду! Я уже не твоя.

— Как ты там сказала? Это поправимо. — Улыбается победно и накрывает мои губы своими.

Это даже не поцелуй, и близко на него не похоже. Будто Гриша пытается что-то вырвать из меня. Душу или сердце, мысли — как знать.

Он кусает мои губы, стягивает волосы на затылке, вжимает в себя. Грубо, болезненно, но, с другой стороны, это вызывает странное чувство. Я впервые за долгое время ощущаю себя живой, кожа отзывается и буквально горит под телом Гриши. Даже не помню, когда я чувствовала себя так в последнее время. Речь не о неделе или месяце. Речь о нескольких годах.

Яшин спускается с грубыми поцелуями ниже, кусая кожу на шее. Я открываю глаза и смотрю на наше отражение в зеркале прихожей.

В порыве страсти Гриша порвал мне футболку, и теперь она разорванной тряпкой свисает на локтях. Яшин сам растрепанный, движения резкие.

Это не мы. Какие-то чужие, незнакомые и явно больные люди.

Зрелище отрезвляет. Я пытаюсь оттолкнуть мужа от себя, но он не поддается. В порыве чувств попросту не слышит меня, не может отреагировать.

— Гриша, — зову его.

Яшин берет мое лицо в руки и зацеловывает.