Книга Отпусти меня, страница 125 – Литтмегалина

— Я не пытаюсь сломать тебя. Я пытаюсь помочь тебе стать той, кем ты достойна стать.

— Да. Единолично определив, чего я достойна. Ясень, я не вижу никакого смысла продолжать этот разговор. Мы зашли в тупик. Мы топчемся на месте.

Ясень вздохнул, снял очки и устало потер глаза.

— Послушай, я не понимаю, почему ты вообще вдруг решила предъявить мне претензии, — пробормотал он. — Не то чтобы я разоблачил тебя перед соседями в ходе тщательно спланированной акции. Тебе достаточно было остаться в квартире, чтобы никто ничего о тебе не узнал. Зачем ты вообще со мной побежала?

— Я просто привыкла: если возникает чрезвычайная ситуация, я должна быть у тебя на подмоге… я не подумала о последствиях, — призналась Надишь.

— Вот видишь. Я тоже был растерян…

Надишь притихла. А ведь, если подумать, он прав…

Ясень бросил взгляд на часы.

— Четыре часа ночи. Если ты собираешься и дальше скандалить, я согласен терпеть это только в горизонтальном положении, — он решительно удалился в спальню.

Вскоре Надишь пришла к нему и молча скользнула под одеяло. Что с ней такое? Откуда эта паранойя? На прошлой неделе она обидела своими подозрениями Джамала, на этой обрушилась на Ясеня. Она попыталась уснуть, но сон не шел. Стоило ей закрыть глаза, как она видела длинное белое мужское тело, растянутое на ковре. У этого человека было столько всего: привлекательная жена, хорошая квартира, высокооплачиваемая работа. Но по какой-то причине он поднялся среди ночи и направился в ванную, намереваясь распрощаться с жизнью.

— Почему он это сделал? — прошептала она.

Ясень перевернулся на спину и посмотрел в потолок.

— Ты о нашем повешенном?

— Да. У него не было никаких причин… Его жена так плакала. Она явно его любит.

— Даже при самых благополучных внешних условиях человек может быть несчастным по своим внутренним причинам. К тому же некоторые считают, что на нас действует заклятие.

— Заклятие? — недоуменно повторила Надишь, сомневаясь, что расслышала правильно.

— Да, — подтвердил Ясень. — Есть мнение, что ровеннцы не могут долго жить на чужбине. Какая-то сила влечет нас обратно в нашу страну. Если мы долго сопротивляемся ей, то наше физическое здоровье расшатывается, а психическое состояние становится нестабильным. Это явление и прозвали заклятием.

— Серьезно? — Надишь все еще пыталась понять, подшучивает ли над ней Ясень.

— Наше правительство, кажется, разделяет это суеверие. Другого объяснения, почему они подвергают нас регулярному психиатрическому осмотру, я не вижу. Однако же, несмотря на все их усилия, срывы и суицидальные попытки периодически случаются.

— Кто-то еще из известных тебе пытался покончить с собой?

— Только в этом здании за то время, что я здесь живу, это четвертый случай.

— В трех предыдущих кто-то выжил?

— Один. Но он получил тяжелые ранения при падении из окна.

— Что сталось с ним потом?

— Его подлечили и отправили в Ровенну. С нашим сегодняшним суицидником случится то же самое. Есть регламент. Врачи обязаны проинформировать особую службу. Сразу по выходе из больницы его отправят на родину без права возвращения в Кшаан.

— А ты веришь в заклятие?

— Если здесь у меня и было несколько исключительно паршивых лет, непосредственно с Кшааном я это не связывал… я и в Ровенне был склонен к затяжным периодам черной меланхолии. Подозреваю, я в принципе едкий и мрачный человек, едва способный наслаждаться жизнью.