Книга Синие цветы I: Анна, страница 175 – Литтмегалина

— Две недели прошло…

Науэль молчал, и я продолжила:

— Наши планы… ты как будто забыл о них. Я ни в чем тебя не обвиняю. Я просто пытаюсь понять… Почему еще недавно ты был полон решимости продолжать расследование, а сейчас совершенно охладел к нему? Почему?

Науэль не горел желанием отвечать, но я упорно ждала. Он снял очки и протер стекла кончиками пальцев.

— Когда я оказался здесь, в этом доме, я усомнился в необходимости того, что намеревался сделать.

— Это из-за Дьобулуса и Микеля? Ты не хочешь расстраивать их, ставя себя под угрозу?

Науэль кивнул. Его взгляд показался мне беззащитным, но это ощущение пропало, когда он надел очки.

— Тем не менее я должен завершить это, – отчужденно добавил он.

— Кому должен?

— Себе, – он не смотрел на меня. – Я буду сожалеть, если остановлюсь.

— А не будешь ли ты сожалеть как раз в обратном случае?

— Нет, тогда уже точно нет, – Науэль криво усмехнулся, и мне стало не по себе. – Тебя-то что напрягает? Я был уверен: ты придешь в восторг, если мы прекратим нарываться на неприятности.

— Нет… я сама удивлена, но нет. Я все думаю о том человеке, Флавверусе. Какой тайной он владеет? Сколько еще он сможет продержаться, ведь его наверняка преследуют? Может быть, они нагоняют его, пока мы тратим время в этом доме.

— А может, угрохали еще до того, как мы сюда приехали, – предположил Науэль.

Я вздрогнула.

— Я очень надеюсь, что он жив. У меня странное чувство…

— Какое?

— Как будто наше дело касается чего-то очень опасного, совсем-совсем нехорошего, и мы должны все выяснить до того, как случится катастрофа. Добраться до истины наша обязанность, раз уж мы оказались в это втянуты. Должна признать, в прошлом мы весьма бездарно растрачивали наши жизни. Что, если судьба дает нам возможность показать себя с лучшей стороны?

Науэль фыркнул.

— Ну и мысли приходят тебе в голову, Аннаделла.

Я смущенно улыбнулась.

— Сейчас я действительно готова вернуться в игру.

Науэль мотнул головой. Моя улыбка погасла.

— Ты не веришь мне? Почему?

— Аннаделла, ты боишься ручных крыс.

— Это инстинктивный страх… я не вижу в нем ничего особенного.

— Ты не умеешь взбираться по деревьям. Ты теряешься, когда тебе приходится действовать самостоятельно, и не умеешь реагировать быстро. Ты категорически неагрессивна, а ударить можешь разве что мяч, да и тот легонько.

— Ну и…

Науэль пристально смотрел на меня.

— Ну и что? – завершила я, пытаясь выглядеть уверенной, несмотря на возникший в животе ком боли. – Ты сам говорил – у меня много скрытых качеств! Кто знает, что может проявиться. Вдруг однажды я стану отважна как лев. Ты уверен, что я полностью предсказуема?

Но Науэль все так же смотрел на меня, пережидая мои слова, как будто в них не было никакого смысла.

— Нет, – сказала я. – Это неправильно.

— Я считаю, тебе лучше не идти со мной дальше, Аннаделла. Я оставлю тебя здесь.

Я заморгала от по-детски пронзительной обиды, как будто он дал мне пощечину. Я была во всем этом с самого начала. Он не имеет права просто выставить меня вон!

— Так вот о чем ты думаешь: сдать меня в камеру хранения. И давно?

— С той злополучной субботы, когда все началось. Только отсутствие Дьобулуса мешало мне сделать это раньше. Каждый октябрь он уезжает из страны, и я держал тебя рядом с собой, потому что никому, кроме него, не мог тебя доверить. Считал дни до его возвращения. Я надеялся, вы поладите… но как уж вышло. Все же, пусть ты не в восторге от такого расклада, но в текущей ситуации остаться здесь – это лучшее решение.