Книга Связи, страница 5 – Литтмегалина

— Но ты этого не сделал. Потому что они будут несчастливы и нездоровы в Роане. И тебе это известно.

— Как я могу, спустя столько лет, вдруг взять да заявиться в СЛ? Даже если ты сумел каким-то сомнительным образом добыть для меня пропуск – уверен, шантаж и запугивание имели место быть, – на каком основании меня допустят к расследованию?

— Ты все еще являешься их сотрудником.

— Что-о?

— Не припомню, чтобы ты писал заявление об увольнении.

— Я написал заявление на бессрочный отпуск. И не появлялся в СЛ много лет. Полагаю, меня уволили в одностороннем порядке.

— Я потребовал оставить за тобой должность и кабинет. Хотя зарплату платили неважнецкую. Все же сумма скопилась. Как все уляжется, купишь летний домик.

— Не могу поверить, что ты провернул все это. Хотя что там. Конечно же, могу, – Октавиус подошел к столу, сгреб карточку и убрал ее в карман.

Дьобулус поднялся на ноги.

— Нам надо торопиться. Родина ждет своих героев.

— Ты помнишь, что пообещал мне свой мозг?

— Я все еще обещаю.

[18:54, суббота. Частная клиника, Торикин (Ровенна)]

— Вчера вечером я наткнулась на него в парке неподалеку от места работы. Он был с женой. Пузо такое, будто вот-вот родит, и все равно худая как щепка. И что он в ней нашел? Нам было так здорово вместе, а потом он вдруг заявил, что устал все время бороться со мной. Что это значит вообще? Если он смазывает некоторые удары, так ему лучше узнать об этом от меня, а не от того, кто будет бить его уже всерьез. Хотя, думаю, он просто поддавался. Идиот. Если бы он хоть раз свернул мне шею, я бы уважала его больше.

Все еще думаю об отце для ребенка. Через две недели мне стукнет сорок, я должна сделать выбор. В моем возрасте женщины не беременеют мгновенно, что тоже стоит учесть. И единственный, кого я считаю подходящим, уже практически опапился для другой тетки! Бесит. Все бесит. Вообще происходит что-то странное. Встаю с утра вялая, даже есть не хочется. И это непонятное ощущение… как будто сердце сжали в кулак. Я стала больше тренироваться, но это не помогает. Прикажу секретарю записать меня к кардиологу.

Кстати о секретаре. Он абсолютно невыносим, Лецци. Надо бы уволить его, но я слишком занята, чтобы искать нового. Вчера приказала ему найти папку с кое-какими документами, а он ее не нашел. К тому же, когда я наехала на него, заявил, что я ни о чем его не просила! Что я сама все забываю и в голове у меня бардак! Нет, зря я ему это спустила. Надо срочно вызвать его на работу и уволить! Но сначала пусть запишет меня к врачу! – переведя дыхание после длинной тирады, Лисица принялась копаться в сумочке в поисках телефона.

Лецисия выпустила изо рта кончик ручки, который она жевала все это время, сняла очки, протерла лоб и заговорила вкрадчивым голосом:

— Лисица, давай сверим наше видение событий: в субботу, в 5:30 вечера, ты позвонила и попросила срочно принять тебя прямо сейчас, аргументируя тем, что у тебя жуткий дискомфорт и ты не дотерпишь до утра понедельника, когда у меня начинается прием.

— Да, так и было.

— А потом ты пришла и вылила на меня все это.

— Да, – недоуменно подтвердила Лисица.

— А что твой зуд?

— Какой зуд?

Лецисия надела очки и наклонила голову, как будто готовилась боднуть.

— Боюсь, сейчас придется тебе послушать меня, дорогуша. Во-первых, я гинеколог, а не психиатр, и если за утроенную плату я согласна выйти на работу в выходной и заглянуть в твою вагину, то это вовсе не значит, что я готова терпеть все, что ты вываливаешь из своей поганой пасти. Во-вторых, у твоего бывшего уже глаз, наверное, дергается, когда он тебя видит. В-третьих, твой секретарь либо отчаянный мазохист, либо однажды раскромсает тебя на части и разбросает по всему городу, потому что, боги мне свидетели, ты способна довести человека до греха, Лисица! В-четвертых, сними свои каблучищи, дылда. И последнее: пошла вон из моего кабинета!