Книга Морион, страница 55 – Литтмегалина

— Вы нашли Морион? Она вернулась в Ровенну. Но она теперь не одна, если вы имели на нее виды.

— Я нашел ее, – Айла незаметно сделал глубокий вдох. – У нее неприятности. Хевиг убит.

— Хевиг? Парень, с которым она жила?

— Да. Кто-то ворвался в их дом и застрелил его.

Ольрика заметно побледнела. Айла пожалел, что не потрудился донести до нее новости более деликатным способом.

— А Морион? Что с ней? Она не ранена?

«Наконец-то кто-то спросил об этом», – подумал Айла.

— С ней все в порядке. Она никак не контактировала с нападавшим. Она его даже не видела.

— Где она сейчас?

— У друзей, – уклончиво ответил Айла, опасаясь спровоцировать залп вопросов.

— У Морион есть друзья? Это что-то новое. Убийца уже пойман?

— Следствие идет. Его личность пока не установлена. Полагают, он был заинтересован в краже принадлежавшего Хевигу оружия.

— Как это ужасно…

— Чудовищно. Вы знали Хевига?

— Морион сказала, он хороший парень, – Ольрика встала и растерянно прошлась по гостиной. – Когда звонила мне… год назад. А так мы с Хевигом не были знакомы.

— Это был последний раз, когда вы разговаривали с дочерью?

— Да. Я и после пыталась дозвониться ей на мобильный, но безрезультатно – она отказывалась взять трубку. Потом тот номер стал и вовсе недоступен.

Возможно, Морион не солгала, когда упомянула, что уронила свой телефон в реку.

— Вы пытались еще каким-то образом с ней связаться?

— Бывший муж повидался с ней в начале осени. Передал, что дела у нее сносно, так что я решила ее не трогать, раз она сама не выходит на контакт.

— А как давно вы встречались с Морион?

— Больше двух лет назад. Когда она вернулась из Роаны.

— В каком она была состоянии?

— Ужасно выглядела. Тощая как спичка. Волосы почти под корень обрезанные, кошмар. Я всегда с ней ругалась из-за волос. И других вещей… многих других.

— Полагаю, вам тяжело с ней пришлось, – Айла сконструировал на лице выражение понимающего сочувствия.

— Да. Всегда она была какая-то… чужая. Едва научилась говорить, как уже ни в чем со мной не была согласна. Я покупала ей кукол – она играла с камнями и ветками. Я надевала на нее платья – она требовала шорты. Я говорила ей: иди играй с детьми – она пряталась под кровать. И чем настойчивее я требовала, тем больше она упорствовала на своем.

«Вот и прекратила бы требовать, – подумал Айла. – Глядишь, вам обеим пошло бы на пользу».

— Взять хотя бы ее волосы. Я отказывалась их укорачивать. Они отросли у нее до талии, красивые были, блестящие, густые. Лет до девяти она терпела. А потом взяла и откромсала их кухонными ножницами. Хорошо, что уши себе заодно не отстригла.

— Как Морион реагировала на ваши попытки контролировать ее? Пыталась ли драться? Бросала ли вещи в приступе ярости?

— Нет, она на меня не набрасывалась. Просто запиралась в собственной голове, да так, что уже не дозовешься.

— Возможно, были какие-то единичные случаи несдержанного поведения?

— Ничего не могу припомнить. Хотя ответить грубо, накричать – это она могла. Но ничего из ряда вон выходящего.

— Ольрика, можно я взгляну на ее комнату?

Ольрика даже не пыталась скрыть удивление.

— Можно.

Как в одном из снов, Айла вышел во все тот же блекло-зеленый коридор. Он миновал белую, множество раз перекрашенную дверь ванной, вспомнив давний страх, что однажды, выйдя после душа в чем мать родила, явит все свое великолепие Ольрике, вернувшейся с работы раньше обычного. На секунду замерев у второй двери налево, он толкнул ее ладонью, ощутив такую знакомую шершавую поверхность.