Книга Морион, страница 57 – Литтмегалина

— Как теперь узнать? – риторически осведомился Айла, поднимаясь на ноги.

Глаза Ольрики все так же смотрели на него, не отрываясь.

— Сейчас я не понимаю, зачем давила на нее. Заставляла ее быть такой, какой она никогда не являлась и какой даже не могла притвориться. Она все время повторяла: «Оставь меня в покое, оставь меня в покое». Почему я не видела, что мучаю ее? Она ведь вся в отца, тот же жесткий, упрямый, скрытный характер. Сломается, но не прогнется. Возможно, я была разочарована, что не получила ни мужа, который был бы ко мне нежен, ни дочери, с которой могла бы ходить по магазинам и обсуждать женские штучки. Я пыталась исправить их обоих, изо всех сил. И что в итоге: они оба сбежали от меня. Если бы Морион была здесь, мне хотелось бы многое сказать ей. Что я обдумала тысячу вещей и увидела их с иного ракурса. Что я хотела бы извиниться. Что ей больше не нужно прятаться от меня.

Айла кивнул, чувствуя неловкость.

— Мне пора идти. Только один последний вопрос, – он достал из кармана клочок бумаги с записанным на нем номером сентябрьского собеседника Морион. – Это ведь номер вашего бывшего супруга?

— Да. Отца Морион. Его зовут Хакан.

— Он не отвечает на звонки.

— Он мне-то не отвечает на звонки. И тем более незнакомцу.

— Вы можете сказать, где его найти?

— Магазин «Охота и рыбалка». Запишите адрес. Если его нет за прилавком, то расспросите женщину, которая его заменяет. Он живет с ней.

Пока Айла надевал в прихожей куртку, мать Морион посетовала:

— Не могу вернуть вам пуговицу. Она давно потерялась.

— Думаю, она мне больше не нужна. Я даже не знаю, где теперь та рубашка.

— Позаботься о Морион.

— Я позабочусь.

— Попроси ее мне позвонить.

— Я попытаюсь убедить ее.

Ольрика улыбнулась ему прежде, чем закрыть дверь. Айле подумалось, что время и одиночество способны изменить человека к лучшему, хотя едва ли Морион с легкостью в это поверит. Он даст ей послушать эту диктофонную запись. Когда-нибудь, когда она будет готова выслушать.

Вывеску магазина «Охота и рыбалка» украшали громадные головы – ощерившегося кабана с левой стороны и зияющей зубастой пастью щуки с правой. По мнению Айлы, смотрелось это довольно отталкивающе, но внимание определенно привлекало.

Он щелкнул по кнопке запрятанного в карман диктофона и, бессознательно пригнув голову дабы не стукнуться о притолоку, вошел в магазин. Человек за прилавком, сжимающий в руках двустволку, повернулся на шум и вперился в Айлу вопросительным взглядом. Одновременно с ним развернулось и дуло.

— Чего надо? – угрюмо осведомился он.

Да, не самый радушный прием потенциального покупателя. Айла расправил плечи и ответил отцу Морион спокойным прямым взглядом, понимая, что первое, что приходится делать с таким человеком – это самоутвердиться. Несмотря на рост, едва дотягивающий до среднего, Хакан казался грозным типом. Видимо, у него были сильные гены, потому что все его черты так или иначе нашли выражение в Морион – та же тонкая кость, темные жесткие волосы, резкие линии лица и острый, внимательный взгляд карих, почти черных, глаз. Он был одет в черные джинсы, темно-серую рубашку и жилет цвета хаки, чьи многочисленные карманы оттопыривались из-за распиханных по ним мелочей.

— Меня зовут Линнуш Айлус.

— Это вы мне названивали, – догадался отец Морион.