Книга Год дурака, страница 145 – Литтмегалина

— Соня, ты уверена, что его не нужно бить? – снова попытался Эрик. – Мне кажется – необходимо.

— Нет. Все, чего я хочу – чтобы он убрался отсюда.

— Конечно, – фыркнул Вадик. Руки у него дрожали, но в целом он сохранял хладнокровие. Видимо, был опытным бойцом. – Но сначала отдай мне фонарики.

— Это я их купила. Это мои фонарики.

— Мой маленький братик ждет их. Так и вижу его умоляющие карие глаза. Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя плакал ребенок, Соня?

— Соня, не потакай зарвавшимся хамам…

Я понимала, что Эрик прав, но конфликты заставляли меня чувствовать себя больной. Фонарик малая цена за то, чтобы это быстрее закончилось.

— Я дам тебе только один.

Вадик с молчаливым достоинством принял конверт и заглянул внутрь.

— Синий. А я хочу желтый.

Я протянула другой конверт, но Эрик взял его у меня и выразительно свернул в трубочку.

— Ладно, – суетливо согласился Вадик. – И синий сойдет.

— Поверить не могу, что ты просто его отпустишь, – пробормотал Эрик.

— Мне не так важны эти деньги, не та сумма.

— А как же праведная месть?

— Он не причинил мне реального вреда. Просто потрепал немного нервы.

— Это называется «психологическое насилие». И его поведение той ночью я считаю настораживающим.

— Я… я попробую.

Вздохнув, я попыталась настроиться на нужный лад. Мне вспомнилась тарантиновская Невеста из «Убить Билла» в ее клевом желтом костюме и еще какой-то фильм, где Дженнифер Лопез накачала мышцы и побила своего плохого мужа. Еще мне вспомнились сцена, где Рокки бежит вверх по лестнице, и документальный фильм про капибару^[19] по имени Дебра, хотя я не была уверена, что последнее как-то относится к делу. Все же мне удалось собраться с духом. И я сказала:

— Иди ты в жопу, Вадик. Чтобы я тебя никогда больше не видела.

— Не верю, – огорчился Эрик. – Ты как будто посылаешь его взять пиво из холодильника. Где чувство? Где экспрессия? Где, наконец, убежденность в собственной правоте?

— Иди в жопу, Вадик! – старательно повторила я.

— Соня, ты меня шокируешь, – напыщенно заявил Вадик, глядя куда-то мимо. – Хотя с чего я считал, что ты чем-то отличаешься от других.

— Давай, припечатай его, – подбодрил меня Эрик.

— Иди ты в жопу! – закричала я.

Вадик демонстративно задрал подбородок.

— Проклятые бабы. Нельзя с вами по-хорошему. Вы сразу борзеете. Начинаются претензии, вопли и истерики на пустом месте. Но однажды вы все пожалеете. Вы поймете, что потеряли лучшего. Я ухожу, Соня. На вокзал, и пусть автобус увезет меня прочь от тебя.

— Ой… тебя проводить?

— Соня! – взревели Эрик и Деструктор разом.

— То есть иди в жопу, – виновато поправилась я.

Нервно кривясь и подергиваясь, Вадик приступил к сбору вещей. Он не спешил, намереваясь максимально продлить наслаждение нашим раздражением, но Эрику это надоело, и он выбросил сумку Вадика в окно.

— Еще десять секунд, и я швырну тебя следом.

Это подействовало. Отпуская едкие замечания и презрительно отфыркиваясь, Вадик наконец-то оставил квартиру, к моему (и моих соседей) ликованию.

— Пойду пожелаю ему доброго пути, – сказал Деструктор и вышел.

Мы с Эриком посмотрели друг на друга.

— Не могу поверить, что это закончилось, – я рухнула на диван. – Я свободна до следующего ужасного приключения. Но не больше чем на неделю, наверное. Еще и на работе все отвратительно… Эрик, у тебя когда-нибудь так бывало, что ситуация сквернейшая, и что бы ты ни делал, все становится только хуже?