Книга Год дурака, страница 189 – Литтмегалина

— Спасибо за предостережение, – поблагодарила я, протискиваясь мимо нее к двери.

На пути в столовую я снова увидела Татьяну.

— Ничего страшного. У нас гостей часто рвет, – сообщила она шепотом.

Все уже собирались на выход.

— Вон, вон отсюда, – торопила Элеонора Викторовна.

Меня не нужно было подгонять – я и так вылетела пулей.

Юра ждал нас в машине. Мы уселись на заднее сиденье, и, придвинувшись ближе к Роланду, я потрогала его за рукав:

— Тяжелый был вечер.

Роланд непонимающе посмотрел на меня.

— Обычный.

И тогда слезы хлынули из моих глаз. Я отвернулась, чувствуя, что меня сотрясает дрожь. Он даже не заметил дрязги за ужином, годами выстраивая вокруг себя защитный заборчик, пока тот не стал так высок, что из-за него уже ничего нельзя было видеть.

— Юрий, поскорее. Я должен был лечь спать пятнадцать минут назад.

Дыхание Роланда уже выровнялось, а я лежала рядом с ним и не могла сомкнуть глаз. Мне вспомнилось, как Диана потешалась над ним. Но то, что происходило в его семье, не было смешным, и то, что в итоге получился такой человек, как Роланд, тоже. Я вертелась с боку на бок, но мысли метались в моей голове, как испуганные мыши в клетке. Мне нужен был кто-то, кто сможет меня успокоить, кто поможет мне забыть о сегодняшнем.

И я схватила телефон.

Номера Эрика у меня не было – я удалила его, борясь с соблазном позвонить. Пришлось набрать Деструктору. Я была уверена, что он не возьмет трубку. Но он взял.

— Игорек?

Он молчал. Я слышала музыку и отдаленные голоса.

— Игорек, мне нужно поговорить с Эриком. Ты можешь передать ему телефон?

Молчание и сердитое пыхтение. Потом он все-таки снизошел до ответа:

— Я не хочу, чтобы ты расстраивала папу.

— Игорек, мне очень плохо.

Снова молчание, за которым, я не сомневалась, последуют гудки.

— Да? – произнес Эрик.

— Это я.

— Привет, – его бодрый голос сразу помрачнел.

— Можно я приеду?

— Как ты доберешься?

Дергать Юру в третий раз было немыслимо.

— Вызову такси.

— Жду.

Голос девушки-диспетчера звучал уныло.

— С праздником, – сказала я, чтобы немного ее подбодрить.

— Хорош праздник. Самый паршивый Новый год в моей жизни, – буркнула она.

Мысленно я с ней согласилась.

Таксист приехал быстро, и, по сегодняшним меркам, почти трезвый. Вот только кристально-чистый и злобный дэпээсник так не считал.

— Употребляли? – осведомился он мстительно.

Между таксистом и дэпээсником завязалась перебранка, полная образных выражений и нецензурной лексики, и я потрогала таксиста за плечо:

— Здесь близко, я дойду пешком. Сколько я вам должна?

Улицы были безлюдны, только иногда вдалеке взмывали шутихи. Падал снег. Идти мне предстояло минут десять, и я погрузилась в печальные мысли, от которых меня отвлек скрип чьих-то шагов по снегу. Я обернулась и посмотрела назад. Шаги затихли. В темноте как будто бы угадывался силуэт человека. Я пошла, и он тоже пошел. Я убыстрила шаги, и он убыстрил. И все это без единого слова. И тогда я побежала. И человек за мной тоже побежал.

До сих пор я считала, что не умею бегать быстро, но преследователь позволил мне обнаружить в себе скрытые таланты. Иногда я слышала его дыхание совсем рядом, но это только добавляло мне сил. Меня заносило на поворотах, но я не падала. Я проламывалась через сугробы и брала барьеры, как скаковая лошадь. Вот, наконец, моя улица… дом… подъезд… Я взмыла вверх по лестнице и замолотила в дверь. Показался Эрик, и я с рыданиями вцепилась в него.