Книга Машенька и полковник Медведев, страница 25 – Аня Леонтьева

— Кабинет свободный есть? – спросил я у Прошкина, решив отложить насущные дела.

— Найдём. А что случилось-то? – в глазах капитана мелькнула паника, и он опять придирчиво изучи контингент в изоляторе.

— Правильно мыслишь, Прошкин, — хмыкнул я. – Девушку за что закрыли?

— Да там, хулиганка. А вы её знаете?

— К сожалению, да. Взломщица знаменитая.

— Серьёзно?

— Серьёзно, — усмехнулся я, про себя думая, что Машенька не хило мне мозг взломала.

— Давай, организуй нам кабинет для допроса и веди её ко мне.

— Так точно, — рявкнул Прошкин, но я смерил его удивлённым взглядом. - Ну, в смысле…сделаю.

— И про сводку не забудь, — бросил я ему в спину.

Сам пока решил просмотреть протоколы задержания.

«Мария Соколова, двадцать пять лет, задержана за хулиганские действия. Пыталась отобрать собаку у истинного владельца. На законные требования сотрудника ППС вернуть животное отказалась. Задержана при попытке побега.

Квалификация – мелкое хулиганство, сопряжённое с неповиновением требованием представителям власти».

Вот неугомонная.

То в дом влезет, то собаку стырить пытается.

Но почему-то вся это вызывало больше улыбку, чем раздражение.

А когда Прошкин привёл её в кабинет, который выделил для допроса, испуганную, бледную, с опухшими глазами, и она, увидев меня, начала хлюпать носом, безуспешно сдерживая слёзы, я и вовсе сдался.

Подошёл и обнял её, точно нет между нами всего того непонятного. Прижал к себе, чувствуя, как мелко дрожат её плечи.

— Ну, куда ты на этот раз вляпалась? — проворчал, гладя влажные волосы.

— Никуда я не вляпывалась? – шмыгнула она носом в ответ. – Что я должна была…мимо пройти? Когда этот бугай, собаку колотил…

— И ты не придумала ничего лучше, чем украсть её?

— И ты туда же! — она с силой толкнула меня в грудь, гневно сверкнув глазами. – Хотя чему я удивляюсь? Все вы тут бесчувственные, а ты — самый главный над ними! Отпусти немедленно!

— Да, если б я мог, — выдохнул я, прижимая её только крепче.

— Раньше мог! — прошипела она, дёрнувшись в моих руках.

— Молодая ты ещё, — прижал к себе окончательно.

— Зато ты…

Недоговорила, потому что не дал. Поцеловал.

Что творю? Мозги набекрень от неё. Но остановиться не могу.

Пью и пью, дышу и дышу.

Всю усталость от суток на ногах как рукой сняло.

Машенька сначала ершится, дёргается, а потом расслабляется, поддаётся и с тихим стоном отвечает.

Прижимается теснее и тонкими пальчиками в волосах моих зарывается.

И всё, что я считал невозможным, запрещал себе, сейчас шпарит полным ходом.

Сердце херачит от счастья, словно до этого и не билось вовсе. Кровь лупит кипятком, плавит жаром внутри. И я вдруг понимаю, что пропал. Давно, примерно неделю назад, когда в своей кровати в лесном домике обнаружил голую незнакомку. И сопротивляться сил нет, легче отпустить уже себя, и принять этот странный подарок судьбы.

Резкий стук в дверь вернул в реальность. Мы в тесном кабинете полицейской дежурки: Машенька на столе, я — между её колен.

Мыслей в голове ноль, и поэтому, когда раздаётся второй стук, соображать приходиться очень оперативно, благо это сродни инстинктам.

— Товарищ полковник, — из-за двери доносится голос Прошкина.

— Минуту, — рявкнул я, осторожно снимая Машеньку со стола.

Убрал влажную прядь с её лица и не удержался, быстро чмокнул её в губы.