Книга Охота на мышку, страница 64 – Юлия Гетта

— Терпи, — раздаётся его хриплый голос у самого уха. — Когда я тебе засажу, будет ещё больнее…

Я задыхаюсь от прилива горячей лавы внизу живота. Склоняю голову низко над раковиной, жадно хватая ртом воздух.

— Или ты наврала, что девственница, м? Давай-ка проверим.

— Нет!

Он снова не обращает внимания на мой протест. Грубо стягивает по бёдрам мои джинсы.

От паники трясёт.

Каким-то чудом изворачиваюсь и бью его изо всех сил в больное плечо. Сычев шипит и ослабляет хватку. Этого оказывается достаточно, чтобы я смогла вырваться из его лап и сбежать. Вылететь из уборной пулей.

Вот только толку. Уже через секунду позади меня хлопает дверь и начинают раздаваться тяжелые шаги погони.

Сычёв не торопится догонять меня, спокойно идёт следом, пока я улепётываю, ревностно удерживая джинсы на талии, чтобы не сползли. Знает, подонок, что деваться мне некуда, и я сама себя загоняю в угол. И я это понимаю. Но остановиться не могу. Шмыгнула на лестницу, что ведёт на второй этаж, где сплошь комнаты с влюблёнными парочками. Ломиться к ним и просить помощи кажется бессмысленным занятием. Если даже толпа парней внизу ничего не смогла сделать против таких, как Сычёв.

Добегаю до лестницы, ведущей в мансарду. Вспоминаю, что оставила наверху Колпышевского. Интересно, он до сих пор там? Хотя где ему ещё быть. Наверняка уснул, раз вниз не спускался. Может, успел немного протрезветь?

Как бы там ни было, иного выхода, чем бежать к нему, я не вижу. Да и размышлять-то особо некогда. К тому же, помнится, Женя просил сообщить, если Сычёв снова начнёт приставать ко мне. И вот этот момент настал. Защиты мне больше ждать неоткуда.

Врываюсь в мансарду, обнаруживая своего жениха на том же месте, где оставила. Он действительно спит, развалившись на всю кровать, как звезда. И громко храпит.

Не помня себя от страха, бросаюсь к нему и начинаю трясти за плечи:

— Женя, проснись! Вставай! Мне нужна твоя помощь! Вставай же, ну! Да проснись ты, блин!

Колочу его ладонями по груди, но Колпышевский отказывается приходить в сознание, лишь что-то невнятно бормочет себе под нос.

Вскоре в комнате неизбежно появляется Сычёв, я подскакиваю, как ужаленная, спрыгиваю с другой стороны кровати и оказываюсь в тупике. Бежать больше некуда. Позади стена и окно. В голове мелькает шальная мысль — открыть раму и прыгнуть. Но всё-таки здесь третий этаж, а на улице жуткий мороз. Замерзнуть в сугробе с переломанными конечностями — так себе перспектива. Хотя, наверное, стоило рассмотреть этот вариант.

Сычёв встаёт на кровать ногами прямо в ботинках. Мягко покачивается на упругом матрасе, разглядывая спящего Колпышевского. Потом вдруг толкает его ступней, и пьяное тело скатывается на пол к моим ногам. Удивительно, но даже после этого Женя не просыпается! Только что-то мычит себе под нос, но через пару секунд уже снова храпит.

Сергей переводит на меня свой невыносимый взгляд.

— Так вот оно что. Значит, пока твой жених здесь в отключке дрых, ты там с его кентом зажигала?

От того, насколько несправедливы и обидны его слова, в груди начинает нестерпимо печь.

— Ни с кем я не зажигала!

Сычёв делает шаг и спрыгивает с кровати, приземляясь напротив меня. По другую сторону от тела Колпышевского.

Уничижительно смотрит в глаза.