Книга Султан Эфир, страница 42 – Сильвия Лайм

Но упрямство… Слова султана мне совершенно не нравились.

— Я все могу, — упрямо проговорила в ответ.

— Такова особенность аватаров стихий, — продолжал он, не обращая ни малейшего внимания. — Ты же чувствовала это с Райянором и Неро?

Снова поцелуй, теперь в сгиб локтя.

К лицу прилил жар неловкости.

К основанию живота — совсем другое пекло.

— Красный дож опоил меня Огненным вином, а эмир подстроил все так, что мы с ним разделили магию как эола и эолан, — хрипло ответила я, когда Эфир вдруг оказался еще ближе. Потянул меня за руку и, откинув мои волосы назад, коснулся губами основания шеи.

Я закрыла глаза, чувствуя, как позвоночник будто оплетает пряной лозой удовольствия и в каждый нерв начинают прорастать наркотические листья.

— Именно поэтому то, что ты оказалась здесь, — судьба, — ответил он тихо, и его горячее дыхание прокатилось по коже, перемежаясь со сладкими ожогами от прикосновений губ. — Я бы никогда не стал давить на тебя, заставлять тебя или принуждать. Я бы лишь мечтал не сойти с ума рядом с тобой, Саша-а-а…

У меня потемнело перед глазами.

— А знаешь почему? — продолжил он, поворачивая меня спиной к себе и прижимая, обнимая кольцом горячих рук и продолжая целовать-целовать-целовать, то дразнить, то отстраняться, то возвращаться, лаская ухо легкими укусами, от которых подгибались пальцы на ногах и слабость охватывала все мышцы.

— Почему?.. — в полузабытьи спросила я.

— Потому что мы не можем противостоять тебе… И я не смогу. Да и не хочу.

Горло сдавило от какого-то темного жара, поднимающегося вверх из самых глубин моего существа. Лицо начало гореть.

— Не можете?..

— Нет, — покачал головой он, прижимая меня к себе ближе. — От тебя пахнет самой страстью, Саша… — сказал и мягко опустил руку на мое бедро, забираясь под подол и сжимая, поглаживая, лаская кожу.

Я чувствовала его близость, напряженные, натянутые от нетерпения мышцы, твердость его тела и…

Проклятье…

Не хотелось сопротивляться. Он был прав: силе магнетизма аватаров было почти невозможно противиться. А все потому, что просто-напросто не хотелось этого делать.

Причем с Эфиром мне не хотелось сопротивляться особенно сильно. Не потому, что я считала, что он лучше остальных. Просто его магия ощущалась как-то иначе.

Вокруг Сициана разливалась тягучая огненная мощь, которая заставляла желать его и преклоняться, его власть почти невозможно было контролировать. Это как скинуть с плеч вес целого мира. Влияние Тирреса же было как волна, цунами, которое смывает тебя на глубину бушующего моря и там кидает из стороны в сторону, пока ты не покоришься.

А с Эфиром… казалось, что меня со всех сторон обдувает ветер и он будто бы и не хочет ничего другого, кроме как ласково касаться меня прозрачными невидимыми крыльями. Пока я не пойму, что без этих крыльев уже не могу дышать.

По нервам разливалось тягучее напряжение, я почти готова была упасть в эту бездну воздуха и ветра… Разбиться только боялась.

Рука Эфира тем временем поднялась выше под подолом моего платья и коснулась нижнего белья. Я, почти задыхаясь, словно пробежала стометровку, глуша зашкаливающий пульс, перехватила эту руку за запястье и тут же услышала хриплое:

— Успокойся, мне нужно не так много от тебя. По крайней мере, сегодня.

— Неужели? Что же именно? — Я повернула к нему голову через плечо и встретилась со взглядом самой глубокой и безлунной ночи.