Книга Развод. Семейная тайна, страница 86 – Луиза Анри

Лия сладко посапывала, засыпая у груди. Ася осторожно переложила ее в кроватку. Подошла к испорченному кардигану. Взяла в руки. Да, ошибка. Но поправимая. Она аккуратно спустила несколько рядов до места сброса петель. Пальцы, успокоенные ритмом кормления, двигались увереннее. Петля за петлей, она начала восстанавливать узор.

Решение созрело. Завтра. Завтра она сядет за ноутбук не только для заказов. Она зайдет на сайты агентств.

Посмотрит варианты.

Няня на 3–4 часа утром? Или студентка-рукодельница, готовая помогать с упаковкой и соцсетями за небольшую плату? Она еще не знала. Но знала точно: чтобы ее "чудо" жило и дарило радость, ей нужно чудо помощницы. Хотя бы маленькое. И она готова его искать. Ради Лии. Ради своего дела. Ради себя самой — не загнанной лошади, а счастливой мамы и творца.

Она сделала первый стежок на исправленном ряду. Утро было еще хмурым, но в окно пробивался луч солнца, упавший прямо на клубок сиреневой пряжи. Надежда, хрупкая, как ниточка, но упрямая, снова затеплилась в груди. Петля за петлей. Шаг за шагом. К новой главе

Осенний воздух был прохладным и влажным, пахнул прелыми листьями и дымком из далеких труб. Ася толкнула коляску через последнюю лужу у подъезда своего нового дома.

Усталость костная, знакомая до каждой клеточки. Лия, слава богу, спала в коляске, укутанная в розовый вязаный плед — один из первых удачных опытов.

Прогулка была короткой — сил хватило только до ближайшей скамейки и обратно. Тело все еще напоминало о недавних родах тупой болью при каждом шаге, а мысли путались между списком покупок, неотвеченными заказами в Инстаграме и жгучим желанием просто поспать.

Она нажала кнопку домофона одной рукой, другой поправляя капюшон коляски от порыва ветра. В этот момент тень отделилась от стены подъезда. Ася вздрогнула, инстинктивно прижавшись к коляске, как щит. Сердце ёкнуло, забившись бешено. Грабитель? Навязчивый сосед?

— Ася.

Голос был хрипловатым, неузнаваемо сдавленным. Но она узнала его мгновенно. Гордей.

Он вышел на слабый свет фонаря. Неузнаваемый. Ни дорогого пальто, ни уверенной осанки. Простые темные джинсы, немятая, но явно не новая рубашка под легкой курткой. Лицо — изможденное, с резкими тенями под глазами, которые казались глубже и темнее, чем она помнила. Волосы были небрежно зачесаны, будто он всю дорогу проводил по ним рукой. Он выглядел не опасным, а… сбитым с ног. Но в его глазах горела неугасимая решимость. Он стоял здесь намеренно. Ждал.

Шок ударил Асю волной, смешавшись с леденящим страхом и вспышкой ярости. Как он СМЕЕТ?! Сюда?! К ее дому?! К Лии!

— Ты что здесь делаешь?! — ее голос, обычно мягкий, прозвучал низко и резко, как удар хлыста. Она шагнула вперед, буквально прикрывая коляску собой. — Уходи! Сейчас же! Или я… я вызову полицию! — Она с трудом выдохнула, пальцы судорожно сжали ручку коляски. Лия копошилась во сне, почуяв мамино напряжение.

Гордей не сделал шага навстречу. Он замер, будто вкопанный, его взгляд жадно, мучительно скользнул по очертаниям ребенка в коляске, потом вернулся к ее лицу. В его глазах не было прежней наглости или снисхождения. Только голая боль и что-то похожее на отчаянную мольбу.

— Пожалуйста… — он начал сбивчиво, голос сорвался. — Две минуты. Всего две минуты… Я… — Он сделал глубокий вдох, сжав кулаки у бедер. — Я видел ее. В роддоме. Я стоял в коридоре… видел, как ее вынесли… Слышал ее первый крик. Я… не мог не прийти СНОВА.