Книга Сделка на… любовь?, страница 5 – Луиза Анри

— Нахал! Не горю желанием еще когда-нибудь тебя видеть! — выкрикиваю с яростью, выходя из кабинета. Никто и никогда не посмеет опускать меня до уровня какой-нибудь подзаборной девки легкого поведения! Пусть Аллах накажет тебя, Эгиев. Для пущего эффекта хотелось хлопнуть дверью, но треклятая дверь была на воздушных петлях, так что она просто мягко прикрывается за мной. Ожидаю лифт, хорошо, что он быстро поднялся, зайдя в него и нажимаю на первый этаж. Просто перекрываю лицо руками и ощущаю, как лицо полыхает огнем. Мне даже становится стыдно, что я предстала перед этим мужчиной не в лучшем виде. Всевышний, о чем я думаю, почему я должна переживать за пощечину. После того мерзкого предложения, что он сделал? Он получил по заслугам! Зло поправляю на шее шарф и следую к выходу, смеряю вставшего на пути охранника таким взглядом, что несчастный прирастает к месту, не в силах сдвинуться. Но на этом мои злоключения не заканчиваются. Так как машина была в ремонте, потому что перестала заводиться. Надо будет ждать такси, так как забыла вызвать вовремя. Но каково же было мое удивление, когда спустя каких-то три минуты рядом остановилась белая машина с наклейками «Такси». Водитель — молодой парень в мятой кепке, опустив стекло пассажирского окна, спросил.

— Вам куда? — Не веря в свою удачу, я открываю дверцу, и на некоторую долю секунды мое внимание привлекает яркий свет в окне здания. И хотя стоящий за окном силуэт находится в тени и я его не вижу, но чувствую, что за мной надлюдает Эгиев. Ни на что не обращая внимания вокруг, гордо вздернув вверх голову, сажусь в машину и, назвав водителю адрес, устало откидываюсь на потертую спинку сидения. И вот теперь осознаю, насколько сильно меня истощил этот разговор и предшествовавшие ему переживания. В голове прокручиваю десятки возможных вариантов: взять деньги в кредит, продать машину и кое-что из драгоценностей… Но оба варианта сразу отпадают. Не могу я обратиться в банк, все сразу узнают об этом, так как многие в знакомые работают в них и не абы кем. Да и жених начнет расспрашивать, я не могу впутывать Адама в эту историю, да и не хочу. Да и продать драгоценности не получится, маме станет интересно, почему решила я продавать фамильные драгоценности, а хранятся они у нее, да и новость о том, что я делаю это, чтобы найти им хоть какое-либо подходящее жилье убило бы ее.

В мучительных мыслях я приезжаю домой, с радостью обнаружив, что нигде не горит свет, значит, родители уже спят. Осторожно открыв дверь, я стягиваю с ног лодочки, на цыпочках направляюсь к лестнице. Тихо поднимаюсь по лестнице, чтобы не разбудить родителей. Оказавшись в надежном убежище родных стен, я раздеваюсь и иду в ванную, освежившись, ложусь в постель. Сквозь слегка задернутые шторы проникает лунный свет, тускло освещая комнату. Но сон все не идет. Точнее, легкая дремота, одолевая меня, превращается в настоящий кошмар. Поначалу мне снится наш сад, и я улыбаюсь, видя Адама, в нашей беседке. Иду к нему, порхая невидимыми крылышками, как бабочка спешит к цветку. Меня охватывает радость от встречи с любимым. Но вдруг все резко меняется. Я оказываюсь одна в неизвестном месте. В поисках Адама я поворачиваюсь и вскрикиваю. Рядом со мной стоял этот мерзавец. Роберт Эгиев. Я пытаюсь убежать от него, но ничего не получается. «Алия, ты забыла о нашей сделке. Три ночи…» — звучит голос. Все кругом преобразилось. Я нахожусь в каком-то темном помещении, едва освещаемом светом нескольких светильников. Не могу понять, почему оказалась здесь, но знаю, что тому есть веская причина. И «причина» оказалась за моей спиной, обжигая шею горячим дыханием. Я чувствую губы, ласково скользящие по шее, руки, медленно опускающие на бедра, аромат его парфюма. Я не хочу оглядываться, потому что боюсь увидеть его. Но стоит мне развернуться, и я утопаю в омуте льдисто-голубых глаз, гипнотизирующих меня. И вместо того, чтобы оттолкнуть его, я, словно безумная, обнимаю его шею, прижимая его ближе, чувствуя, как внутри разгорается пламя, которое мог потушить только он. Его губы обрушились мне на шею и грудь. Руки мужчины нежно гладили её спину и опускались вниз, поглаживая мои бедра и немного сжимали ягодицы. Я дрожу от чувств, мои стоны становятся громче от возбуждения. Он берет меня на руки и несет к постели, бросив меня на нее, снова повторяет. «Три ночи. И все будет как прежде, Алия», ничего не могу ему ответить, так как сил нет, что-либо сказать. Но вдруг раздается треск оконной рамы и я пробуждаюсь. Резко вскакиваю в постели, я прислушиваюсь: было тихо. Бегу в душ, не думая о том, что могу разбудить родителей, нужно было остыть. Может, этим снам и удалось убедить сознание, но не мой разум, и, тем более, сердце.