Книга Сделка на… любовь?, страница 8 – Луиза Анри

— Милая, а кто привезет твои чемоданы? И когда? — с неким возмущением спрашивает она.

— Мне необходимо еще собрать кое-какие вещи — поспешила ответить, желая поскорее вернуться домой, не дожидаясь прихода Адама. В его присутствии Эмине ведет себя иначе — всегда мягкая, добрая, без шуток с подковыркой и неуместных намеков. Со всеми этими мыслями оказываюсь на пороге своего дома

— Алия, ты вернулась! — воскликнула мама, как только я перешагиваю порог уже не своего дома. — Мы собирались подяться наверх и заняться твоей комнатой.

— Не стоит, мам. Я сама постараюсь упаковать все свои вещи. — стремительно поднимаюсь по лестнице, и направляюсь в свою комнату. Но она уже не моя. Зайдя внутрь, я опешила. На моей кровати лежала небольшая подарочная упаковка, перевязанная огромным белым атласным бантом.

— Мам, — кричу с лестницы, — к нам кто-нибудь заходил?

— Приходил курьер, милая, — слышу тихий голос отца, — сказал, что это для тебя. Мы решили, что это от Адама и не открыли. Держи, мой ангел.

Прикусив губу, я возвращаюсь в комнату. Может это действительно Адама, ведь предложение сделал мне он сам без родителей, вероятно и сейчас решил сделать подарок перед свадьбой. Надеюсь на этот раз его мама не в курсе, а то в прошлый раз она смотрела на меня как волк смотрит на стаю овец. Но мой Адам защитит меня в случае чего, я так думаю. Присаживаюсь на краешек постели, я осторожно потянула за края ленты. Внутри я обнаруживаю то, что хотела вновь увидеть меньше всего: моя золотая пудреница лежала поверх бордового бархатного футляра, прикрытая запиской с выведенным каллиграфическим почерком.

«Алия! Кажется, ты вчера кое-что забыла…»

Положив пудреницу рядом с письмом, я смотрю на футляр. Пальцами пробегаюсь по бархатной материи, внутри все смешалось. Сначала я хотела выкинуть этот футляр в окно, но мне стало очень интересно, что же там. Собравшись с мыслями, я открываю бархатную коробочку и разиваю рот в изумлении. Обалдеть. Самая первая мысль, что возникла в голове, «у нас теперь есть деньги», бриллианты поблескиваю на свету словно, я открыла не коробку, а потаенную дверь с выходом на звездное небо. Словно околдованная звездным блеском нежданного подарка, я продолжаю вертеть изящный браслет в руках, а затем живо возвращаю его обратно в футляр и захлопываю, словно руках было орудие преступления, а не украшение. Но я решаю последовать примеру небезызвестной героини и подумать об этом завтра, и начинаю упаковывать самые необходимые вещи в коробку. И грустно смотрю кругом, в этой комнате столько всего произошло, что теперь не представляю как быть дальше. Но иного выбора нет, надо оставить позади этот трепет и вступить в другое место. Слезы катяться по щекам, но я тут же их вытираю.

В полном раздрае спускаюсь на первый этаж к родителям. По мне видно, что тяжело прощаться с этим домом, ведь я многое тут пережила. Папа старался смотреть куда угодно, но так и не встретился со мной взглядом, только неразборчиво бросил через плечо

— Все будет хорошо, не бойся. — обнимаю крепко маму, она старалась сдерживать слезы, набегавшие на глаза.

— Алия, ты только не волнуйся, — наставляла мама. — У тебя скоро будет самое важное событие в жизни, ничто не испортит его. — не хотелось ее отпускать. Сглотнув подступивший к горлу ком, лишь кивнула, направляясь к поджидающей мне машине. Так за надежным пристанищем затемненных стекол машины позволила себе выплакаться, не обращая внимания на настороженный взгляд, который бросал на меня водитель через зеркало заднего видения. Машина быстро неслась по городу, проезжая ряды домов. Вид за окном менялся с быстрой скоростью, но меня это ни чуточку не волновало. Буря эмоций, что бушевала в душе, лишала возможности наслаждаться видом ночного города. Когда машина затормозила перед белым роскошным особняком Габазовых, я уже успела привести себя в порядок, но каждый раз, касаясь злосчастной пудреницы, мои пальцы дрожали. Дверцу с моей стороны внезапно открыли, и в проеме показалось радостное лицо Адама. Я настороженно протянула к нему руку и он помог мне выбраться из машины. Заодно притянул к себе, касаясь моих губ.