Книга Мирай, страница 42 – Марина Зимняя

От чего-то сегодня я особенно дерганая. Я слышу все что происходит за стенами дома и буквально замираю от каждого звука и шороха. Где-то залаяла собака. Птичка села на отлив за окном кухни и дважды клюнула стекло. Рев колоны грузовиков, перевозящих срубленные деревья. Жужжание мухи из ниоткуда появившейся в доме. Редкие капли срывающиеся с крана в металлическую мойку. Скрип половицы под ногами. Может я схожу с ума? Мне хочется зажмуриться и закрыть уши ладонями. Мне жутко хочется тишины.

Наливаю себе полный стакан воды и залпом его выпиваю. Тревога гложет сердце. Шею сдавливают невидимые металлические обручи и душат. Сажусь в кресло и подтянув колени к груди обнимаю их руками. Под ложечкой сосет, нужно поесть чего-нибудь. Но сначала успокоиться. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, а за тем длинный выдох. Я уйду отсюда сегодня. Нет смысла тянуть.

Бросаю взгляд на старые фотографии в деревянных рамах висящие на стене. Пожилая пара улыбаются мне на одной из них. Я представила, что это мои бабушка и дедушка, родители мамы. Даже имена им дала. Мама по отчеству была Михайловна. А имени бабушки я не знала. Мама была детдомовской. У нее совсем никого не было, кроме моего отца. Мысленно прощаюсь с дедушкой Мишей и бабушкой Томой. Женщину, живущую в этом доме зовут, но мне все же кажется, что звали… Тамарой. Почему-то я думаю, что ее уже нет в живых…

Я нашла много старых открыток в серванте, когда перетирала хрусталь. Они были подписаны явно для хозяйки этого дома и бережно хранились в деревянной шкатулке. Мне кажется подписывала их близкая подруга женщины, а может быть сестра. Все они подписаны каллиграфичным почерком, некой Зинаидой. Она на протяжении семнадцати лет поздравляла хозяйку дома с днем рождения. Вероятно, высылала эти послания издалека. Сначала мне было очень стыдно, что я полезла в столь личные вещи. Но я успокоила себя тем, что это все-таки не любовные письма, а просто красивые старые открытки, которые было очень интересно рассматривать, а занять себя здесь было очень непросто. Я и так стерла себе руки намывая чужой дом, дабы убить время. Оно как назло тянулось страшно медленно. Я будто бы сама заточила себя в тюрьму. Ночные вылазки к Мирай, были мне наградой за терпение. Как же я буду жить без нее?

Решено, ухожу! Куда? Не важно... Нужно зарядить телефон. Я купила его, когда отправлялась в путешествие и изучала маршрут в интернете. В нем нет сим-карты. Но в городе я могу подключиться к вайфаю в каком-нибудь кафе и снова разработать план своих передвижений. Мне все равно не купить билет на поезд, поеду на электричке или на междугородних автобусах. Возможно мне удастся пока обойтись без документов. Свой не самый удачный опыт путешествия на фуре в компании дальнобойщика и проститутки, я повторять точно не буду. Лучше пешком пойду. Рано или поздно, куда-нибудь, да выйду.

Я собрала вещи и прибрала за собой. Думаю, что никто даже не поймет, что здесь кто-то жил недавно. Быть может этот дом еще много лет будет пустовать и пыль, и паучки снова сделают свое дело, и сотрут даже крошечные следы моего проживания.

В последний раз… Я как мантру повторяла эту фразу. В последний раз! Я не стану ее уводить, просто обниму на прощание. Если этот парень и следит, то скорее всего он будет поджидать меня ночью. Я никогда еще не ходила так рано к Мирай. Всегда пробиралась к ней далеко за полночь. А сегодня решила: Была не была! Я просто обниму ее. Скажу, что люблю сильно… и уйду. На это понадобится от силы пять минут. Вечера, как и ночи здесь темные, такие же темные, как и дома. Никто меня не заметит. Пять минут… всего пять минут.