Книга Мирай, страница 6 – Марина Зимняя

* * *

— Вы не дочери… Вы мое наказание, — рассерженным голосом произносит отец. Мы стоим перед ним выстроившись в ряд по росту. Я в этой шеренге первая, а Лала последняя. Ее ухо заклеено пластырем, я его ей порвала. Вторую сережку она к моему удивлению, решила снять самостоятельно. — Все сдают телефоны, планшеты и золото.

На слове «золото» сестры начинают поскуливать. Я сжимаю в пальцах золотые обручи и отрицательно качаю головой.

— Забирай все, но их я не отдам.

— Роза, в моей семье все равны!

Все присутствующие здесь знают, что это не так. Но в этот раз отец протягивает руку, требуя у меня серьги.

— Дадо, — использую я запрещенный прием. Иногда я делаю исключение не только бабке.

Он подхватывает мою руку разжимает пальцы и отбирает серьги. На сей раз не сработало... Отец действительно охладел ко мне. Уверенность в том, что не видать мне учебы, окончательно пускает корни в моей душе. Как можно быть такой наивной, Роза?

— Булат! — перехватываю брата у входа в дом. — Ты ездил на конюшню?

— Роза, не до тебя, — отодвигает меня за плечи в сторону.

Иду вслед за ним.

— Булат, она два дня ничего не ест, — обгоняю его и снова преграждаю путь.

— Ты вообще слышишь меня!? Я сказал тебе, что мне некогда!! — повысив голос почти до крика, обходит меня снова.

На кухне бабка ругается на Любу, Раю и Лалу. Вообще, я тоже должна быть там. Но у меня есть другие дела, кроме как слушать ее бухтение по поводу и без повода. Сегодня какой-то сумасшедший день. Азу положили в больницу на сохранение. Шутка ли… седьмого носить, когда шестому едва полтора года исполнилось. Да еще и наша утренняя перепалка с Лалой, а потом инцидент с серьгами. Я с трудом дождалась вечера. Надеялась, что хотя бы Булат принесет мне хорошие новости. Но ему в последнее время вообще ни до кого. Ходит злой и гавкает на всех, включая меня. Отец его даже не одергивает. Мне порою кажется, что и смотрит он на него как-то виновато.

— Да чего вы такие безрукие!? — орет на девок бабка под звон разбивающейся посуды. — Роза! Тебе нужно особое приглашение!! — слышу в свой адрес, но все равно следую по пятам за братом.

— Я скоро приду, — бросаю ей даже не оборачиваясь.

— Роза! Дрянь неблагодарная! — высовывается в дверной проем. — Хоть, что-нибудь сделай! Матери в доме нет. Так что, всем голодными теперь оставаться? У нас здесь нет прислуги. А ты не английская королева. Забар!! — это она уже отцу. Далее ее монолог звучит на цыганском. И снова я не благодарная бессовестная хабалка. Как моя мать... Последнюю фразу она повторяет, с особой ненавистью и не дождавшись ответа ни от меня, ни от отца с силой хлопает дверью.

Не понимаю к чему она все это говорит. Аза никогда не была здесь хозяйкой. Полноправная хозяйка в доме, как раз-таки бабка. Она всем заправляет, решает, что из одежды детям необходимо, какие продукты покупать и что подавать к столу. Она заправляет домашними финансами, кому-то зажимая содержание, а кому наоборот увеличивая. Лично я никогда не получала от нее денег на собственные нужды. У меня лет с тринадцати есть карта, выданная мне отцом. Я никогда не злоупотребляла его щедростью. Всегда покупала только необходимые вещи, но последние полгода вынуждена хитрить. По договоренности с девочками, у меня все же есть несколько школьных подружек, я трачу деньги с небольшой хитростью. Девочки покупают себе что-нибудь из одежды, обуви, средств личной гигиены, я расплачиваюсь, а они отдают мне наличные. Таким образом не потратив почти ни копейки на себя, я отложила некоторую сумму. К счастью отец не интересуется моим гардеробом и деньги списанные маркетплейсами и магазинами его не интересуют. Главное не попасть ему на глаза в каком-нибудь неподходящем для цыганской девушки наряде. Хорошо, что мое монашеское одеяние вполне его устраивает.