Книга Мирай, страница 5 – Марина Зимняя

Подхватываю одеяло, чтобы заправить кровать… У них что обострение сегодня? Под моим одеялом притаились объедки со стола. Эти дуры убирая посуду сгребли с тарелок остатки еды и использовали мою кровать вместо мусорного ведра.

Одеяло, взлетевшее вверх подняло в воздух шелуху от семечек, которой они щедро приправили мой сегодняшний завтрак. Смотрю себе под ноги оценивая масштаб трагедии. Длинный ворс ковра, унизан шелухой.

С трудом поборов эмоции перестилаю постель. Чищу ковер пылесосом и уношу грязное белье в стирку. Я не буду реагировать на их выходки с горячей головой. Месть — это блюдо которое подают холодным. Пусть ходят и оглядываются… Уверена, что они уже пожалели о своей выходке, особенно Райка. Она трусливая и глупая, во всем подчиняется Любе.

Раздеваюсь и закручиваю волосы на макушке, принимаю душ. У меня у единственной из девочек собственная ванная. В нашем доме, четыре спальни с отдельными санузлами. Одна из них досталась мне, как старшей. Еще один повод закидать меня тухлыми яйцами. Близняхи уже плешь на голове отцу проели с этой проблемой. Любка и Райка хотят мою спальню в свою собственность, она видите ли больше, а их двое. Но отец, как обычно махнул на их претензии рукой и в последний раз даже прикрикнул на них сильнее обычного. Вероятно, был совсем не в настроении.

Завернувшись в халат выхожу из ванной и падаю на кровать. Рука шарит по тумбочке в поисках телефона. Набираю Булату сообщение, чтобы не забыл о моей просьбе, касающейся Мирай. В комнату заглядывает Нику.

— Заходи, — улыбаюсь мальчишке и шлепаю ладонью по кровати рядом с собой.

Улыбнувшись, он тихонько прикрывает за собой дверь, направляется ко мне. Падает рядом и нарисовав на лице довольную улыбку вытягивает из кармана большую вафельную конфету, из-под его кофты появляется банан.

— Ты не завтракала сегодня, — произносит он. Улыбаюсь и целую его в макушку. — Почитаешь мне? — хитро улыбается братишка.

— Тащи книжку, — улыбаюсь ему в ответ. Если мне все же придётся уйти, я буду скучать по Нику… Кому еще я почитаю Незнайку?

— Ой, а что это с ней? — держит в руках мою шкатулку, рядом с которой лежала его книга. — Сломалась? — трогает пальчиками сломанный замочек.

Протягиваю руку, он передает мне шкатулку. В ней нет маминых сережек. Высыпаю содержимое шкатулки на кровать и раздвигаю пальцами рассыпанное золото. Простые серьги гвоздики, когда-то принадлежащие маме, сейчас у меня в ушах, а вот ее тонких колец нет… Они совершенно простые. Обычные крупные кольца конго. Они не представляют из себя никакой ценности. У меня и моих сестер полно украшений в разы дороже их. Срываюсь с места и быстрым шагом направляюсь в соседнюю комнату. Любка и Райка сидят вдвоем на кровати и хихикая смотрят что-то в планшете.

Бегло осматриваю их лица.

— Куда вы их дели? — переворачиваю шкатулки на туалетном столике. Сметаю их побрякушки на пол, а затем начинают выгребать из всех ящиков барахло. Распахиваю шкаф, вышвыриваю из него вещи. Девки верещат, но остановить меня не решаются. На их крик прибегает Лала. Она заглядывает в комнату. Резко оборачиваюсь на нее. Это ж надо быть такой отбитой? В ее ушах покачиваются серьги мамы. В пару широких шагов, оказываюсь у двери и не позволив ей смыться, дергаю за сережку.