Книга Мирай, страница 97 – Марина Зимняя

— Верни мне лучше мое оружие, я ему доверяю лучше, чем себе.

— Оружие не всегда может оказаться под рукой.

— Я не ношу одежды без карманов.

— И все же.

— Знаешь, я тебя раскусила. Сейчас ты начнешь учить меня самообороне и обязательно завалишь. Ты слишком здоровый бугай, мне с тобой все равно не справиться.

— Я буду делать это исключительно в образовательных целях, — лукаво улыбается он.

— Знаю я тебя! Жарь свою сосиску. Я как-нибудь без навыков рукопашного боя обойдусь.

— Зря ты так…

— Ага…

Ночь по-настоящему была волшебной, а может меня совсем не сложно впечатлить. Собираться мы начали ближе к утру. Убрав за собой мусор и затушив костер, Тимур вернул на место диван заднего сидения. Это не машина, а настоящее сокровище.

Уверена Егор снова будет на него выступать, но мне кажется с него, как с гуся вода.

— Кажется тебя ждут? — киваю на вчерашнюю блондинку, которая просилась пожить у Тимура.

Девушка стоит около шлагбаума, заглядывая через него во двор, вероятно поджидает Тимура, правда, с другой стороны.

— Лена Алексеевна! — Тимур приспускает окно. Девушка оборачивается и подходит к его двери.

— Ты не берешь трубку, — высказывает ему раздражённо. Тимур пропускает ее слова мимо ушей.

— Что вы хотели? — смотрит вперед, не оборачиваясь к ней.

— Выйди! Поговорить нужно.

— Лен, мне не интересно то, что ты мне скажешь.

— Уверен?

— Абсолютно, — наконец поворачивается к ней.

— Ну как знаешь! — бросает ему на колени тонкую полоску картона.

Глаза Тимура расширяются, мои тоже. Девушка цокая каблуками удаляется по тротуару.

Хорошо, что это всплыло именно сейчас. Информация о беременности бывшей девушки Тимура, лишь придала мне ускорения. Он убеждал меня, что это всего лишь недоразумение и он обязательно во всем разберется. Я же, увидела в этом знак. И если бы не этот знак, я и дальше продолжала бы сидеть сложа руки и слушать его, развесив уши. Потому что он на самом деле мне нравится…

На этот раз я схитрила и без труда обвела его вокруг пальца. На мою удачу Тимура отвлек мужчина, постоянно здоровающийся с ним на парковке. Пока они общались я скользнула между припаркованных машин и затаилась. А когда поняла, что он прыгнув в машину сорвался на мои поиски, выждала еще пять минут и аккуратно вышла во двор, а затем и в город, в котором я кроме Тимура и его семьи никого не знаю.

Тимур мог обратиться к своему излюбленному методу и проверить записи камер видеонаблюдения, но он поступил довольно импульсивно и недальновидно, сорвавшись сразу на улицу. Где он собирался меня искать, только ему известно. Сейчас он точно смотрит на то, как я его обманула, но это уже не важно.

Я петляла по незнакомым улицам с совершенно пустой головой. У меня не было никакого плана и маршрута, я бродила так до тех пор, пока не почувствовала, что проголодалась и спросив у прохожего время поняла, что брожу так уже больше пяти часов.

Я зашла в небольшую кофейню, заказала себе кофе и пончики, раскопав в сумке телефон и зарядное устройство, принялась заряжать полностью разряженную трубку.

Никакого плана у меня по-прежнему не было. В кофейне я провела около часа. С трудом прожевав пару пончиков и запив их уже остывшим кофе, я снова вышла на широкий проспект и побрела в никуда… просто прямо. Именно сейчас, почему-то, мне начали вспоминаться члены моей семьи: отец и Булат, Нику, Лейла, Рая и Люба, Сашко, маленький Ян, Аза и даже мами. Их лица хороводом кружились перед глазами, и я думала о том, что буду очень несчастна, если больше никогда не увижу свою семью. А еще мне вспомнилась Рада и от мыслей, что убегая я могла как-то навредить беременной девушке, становилось тошно и больно. Что если она поскользнулась или заболела промокнув в потопе, который я учинила.