Книга Мирай, страница 100 – Марина Зимняя

— Отпусти… Пожалуйста, не надо… — Пальцы судорожно царапают кисть, сжимающую мое горло. — Пожалуйста… — глаза абсолютно сухие в них будто бы насыпали соли. Делаю попытку пошевелить ногами, но я их не чувствую. Что он сделал со мной? Почему я не чувствую своего тела?

— Я посажу тебя на цепь… — голос Паво прорезает сознание, заставляя меня издать жалобный всхлип. Слез по-прежнему нет, я четко вижу его лицо, нависающее надо мной. Воздуха не хватает. Совершаю попытку оттолкнуть его от себя, но безрезультатно… Он как бетонная плита прижимает меня к кровати, не позволяя пошевелиться.

— Я буду кричать… — мой голос сдавленный и хриплый. Наконец из глаз брызгают слезы, его лицо плывет и исчезает во тьме.

— Кричи! — горячее дыхание обжигает мое ухо. Я пытаюсь набрать больше воздуха, но давление на горло усиливается.

— Не спешите. Давайте, дождемся утра? — слышит мое сознание незнакомый мужской голос, но перед глазами уже темная мгла.

Вздрагиваю и распахиваю глаза. Быстро моргаю пытаясь сморгнуть холодную воду, пролитую на мое лицо. Волосы, футболка и матрас, на котором я лежу, моментально становятся мокрыми.

— Привет, любимая!

Оборачиваюсь на голос. Паво подпирает спиной дверь крошечной комнаты. Подрываюсь с кровати, бросаясь к окну.

— Восьмой этаж, — произносит с ухмылкой он. — Как тебе твой новый дом? Оглядись по сторонам… Мило правда? — кивает на серые обои с рыжими потеками.

Прилипаю спиной к подоконнику, наблюдая как он медленно подходит ко мне, сжимаюсь в комок и зажмуриваюсь. Паво с силой давит на мой подбородок, заставляя меня откинуть голову назад.

— Думала, сбежишь от меня? — шипит прямо в губы.

Сжимаю их в тонкую полоску, но он и не думает меня целовать, как делал это раньше. Долго смотрит брезгливым взглядом, а потом толкает меня на кровать. Больно ударяюсь виском об деревянное изголовье. Слышу, как трещит мокрая ткань футболки и начинаю дико кричать. Дернув меня за волосы, тут же запечатывает мой рот ладонью. Снова приближая свое лицо к моему. Убирает руку, позволяя мне глотнуть воздуха. Его жуткий взгляд парализует. Зрачки расширены так сильно, что не видно радужки.

— Не захотела жить как царица, будешь жить как рабыня, — его голос сочится ядом.

— Я лучше умру, чем буду жить с тобой.

— Жить со мной!? — усмехается. — Ты будешь жить одна. Я замурую тебя здесь и буду приезжать тогда, когда захочу. Дом не жилой. Можешь орать сколько угодно, никто тебя не услышит.

— Отпусти, — пытаюсь вырвать запястья, скованные его рукой над моей головой.

— Ты слишком красивая, Роза, — чувствую холод стали чертящей невидимые узоры по моим голым ребрам. — Думаю, твою кукольную внешность стоит немного подправить… Все равно тебя буду видеть только я.

Он отпускает мои руки и надавив предплечьем на грудную клетку принимается рваными движениями срезать ножом мои волосы.

Кричу и извиваюсь пока острая боль не заставляет меня распахнуть глаза. Резко сажусь в кровати. Прикасаюсь пальцами к коже за ухом. Бросаю взгляд на ногти. Я сама расцарапала себе кожу. Волосы взмокли от пота, влажная футболка прилипла к телу. Подрываюсь с места и встав на цыпочки выглядываю в высокое узкое окно. Это цокольный этаж, вдалеке виднеется детская площадка и палисадник. На окне решетка. От вида железных прутьев, перекрывающих свободный выход на улицу, по телу пробегает озноб.