Книга Мы (не) твои. Тест на родство, страница 40 – Регина Янтарная

Зачарованно смотрю как Марго усаживает в машину сынишку, пристегивает его ремнями безопасности. Сама забирается в джип, занимает место рядышком с драгоценным мальчиком.

Подхожу ближе, чтобы закрыть дверь, улыбаюсь.

У сыночка такая несчастная мордашка, и слезки текут из глазок, будто чувствует, что сегодня его ждет игла и белый халат. Мой малыш надеется на меня, думает, я его спасу.

Остро ощущаю смущение маленького любимого сердечка.

Жена протягивает руку и пальцами смахивает слезу с моего лица.

— Будь взрослым мальчиком! Не плачь.

В моем сердце так много любви, что еще капелька, подаренная сыном или Марго, и его разорвет.

— Пока, – дарю воздушный поцелуй, и тяжело выдохнув, захлопываю дверцу собственного внедорожника.

Машина медленно скользит за ворота особняка, набирает скорость, и уносится…

Спустя час выхожу на вертолетной площадке бизнес центра. Меня встречает секретарь и помощник. Лица обоих бледные, губы трясутся и ни один не может толком сказать, что случилось.

— Копец. Дебилов набрал, – рычу, врываясь в конференц-зал, где уже собрались топ-менеджеры на важное совещание.

Шушукаются. Прячут глаза.

— В чем дело? Опять происшествие? На каком объекте?

— Вы. Не знаете? – секретарша срывается в истерику.

— А должен? Если бы мои сотрудники умели изъясняться…

Кто-то из присутствующих включает огромную плазму, висящую на стене.

«… в джипе Егора Воронова находились его жена, сын, водитель. К сожалению, никому не удалось выжить».

Что это было?..

Я не чувствую сердце, ноги, руки.

Потоки слез льются по лицу. А я продолжаю смотреть дурацкие кадры, где несут тело, накрытое чем-то, но виднеются пальцы с синим маникюром Марго.

— Это ложь! Фейк. Происки конкурентов. Видео поддельное, да? – мечусь по огромному залу, сношу всё на своём пути. Бросаю разные предметы в стекла. Желаю всё разбить вокруг, чтобы проснуться.

— Егор. Егор. Егор. – Меня хватают крепкие руки. Несколько пар. Пока одни держат, другие пытаются привести в чувство. Объяснить, где реальность.

Но я не хочу жить в этой реальности.

Звонит телефон, не реагирую. Кто-то отвечает за меня.

— Да. Это телефон Егора Воронова. Он уже видел в новостях.

— Спроси, в какой больнице сын. Какие у него повреждения!

— Егор, – секретарь обливается слезами. Ваш сын. Его повезли в больницу, но не в отделение… он в морге…

— Папа, ты правду не любишь клубничное мороженое? – звонкий голосок Ариши приводит в чувство и в новую для меня реальность.

Бросаю такой взгляд в зеркало заднего вида, что Влад моментально выпаливает:

— Детка, когда я обожаю клубничное мороженое.

Так-то лучше. Не придется кормить тебя с ложки!

Егор

Выгружаемся на подземной парковке торгового центра Мега. Выходим из машины. Мешкаю, закрывая дверцы, поэтому не успеваю сориентироваться, оказавшись рядом с девочкой.

Остается только завистливо наблюдать как кроха вкладывает ладошку в огромную руку отца.

Наверное, если взглянуть на мое лицо со стороны, то можно увидеть, как кипят злостью мои глазки.

Больше всего бесит лицемерие Влада, он ведет девочку к лифту, улыбается любой ереси, которую несет Ариша.

Что-то отвечает ей, и девчонка улыбается во весь рот.

Спустя пять минут зависти и поездки в лифте, находим уютное местечко. Классный ресторан раскинулся недалеко от детской зоны, где играют малыши всех мастей.