Книга Притворись моей, бывшая, страница 41 – Алиса Климова

— Если у тебя проблемы, надо было сказать о них. Ты мне себя предлагаешь? — прошёлся взглядом от её лица до груди и обратно. — Меня не интересуют дешёвки вроде тебя. Но ты можешь заработать в другом месте. Несколько раз… — хлопнул ладонью о кулак, — хватит, чтобы закрыть недостачу.

— Сволочь! — прошипела она, мигом переменившись. Наивное выражение исчезло с лица, глаза превратились в щёлочки. — Я в этом магазине и полы, и мешки туда-сюда… Неблагодарная сволочь! Я…

— Деньги или ментура?! — гаркнул, прервав её. — У тебя минута.

Она надулась. Время шло, Лера молчала.

— Я верну, — зло сказала она на последних секундах.

Я посмотрел на неё с презрением и вышел в зал. Сплюнул на пол. Ева наверняка приготовила ужин, я хотел вернуться пораньше, а из-за этой твари всё наперекосяк. Надо выходить на нормальный уровень.

Сунул руку в карман и наткнулся на пакетик с кольцом. И пора уже решиться. Ясно ведь — Ева моя женщина, так чего тянуть с предложением? Серебряное, с бирюзой, но когда-нибудь будет другое, как из её журналов.

Настоящее

Ева

— Почему я должна тебе верить?

Ник кивнул на бардачок.

— Открой.

Я послушалась.

— Бумажник достань и открой самый маленький карман. Я сделала, как он сказал, и достала пакетик. Он был простой, прозрачный и потрёпанный, а внутри лежало кольцо. Серебряное, с бирюзой. Как загипнотизированная, я достала его и долго смотрела, не отрывая взгляд.

— Зачем ты хранишь его.

— Не знаю.

Машина завелась. Я зажала кольцо в кулаке и посмотрела на Ника. Кольцо ничего не значило, всё, что он сказал, могло быть ложью.

— Я должна тебе верить?

— Можешь не верить — твоё право.

— Я ушла, когда она поцеловала тебя, — призналась я шёпотом. — Не могла там оставаться. Я…

— Это всё равно прошлое.

— Да, — ответила одними губами и разжала ладонь.

Кольцо никуда не исчезло. Согретое, оно так и лежало на ладони. Я хотела убрать его, но заметила что-то внутри. Повернула.

«Ты — мой рай»

Я коснулась внутренней стороны кольца кончиком пальца. Сняла шикарное, с бриллиантами, и положила рядом с ним.

— Можно я заберу это? — спросила у Ника. — Вместо этого?

— Нет, — ответил он, не посмотрев в мою сторону.

Я взяла бумажник и убрала оба в карман, застегнула и вернула бумажник на место.

— Наш договор всё ещё в силе.

— Нет, — возразила я. — Больше нет. В нашем договоре сказано, что никаких личных отношений быть не может. И секса тоже. Ты нарушил этот пункт, Ник.

— Ты была не против.

— Но нарушил его ты. Отвези меня в гостиницу. Больше я не хочу притворяться, что люблю тебя.

Ник

— И ты просто так её отпустил?!

— А что мне оставалось делать?! Скажи, что?! Да, я мог бы заставить её остаться, а дальше что?!

Лёха заткнулся. Мозги заработали, что ли? В квартире остались вещи Евы, как и в тот день, когда она ушла. Я повсюду натыкался на мелочи и метался в стенах нашей хрущёвки раненным зверем. Хотел вернуть её, поговорить, убедить, что скоро дела пойдут в гору. А когда собрался с духом, увидел у подъезда её с мужиком. В руках у неё был огромный букет, а в метре стоял дорогой автомобиль. Чтобы перевернуть мир, нужна точка опоры, чтобы перевернуть свою жизнь — тоже. Моей точкой опоры стала ярость, именно она послужила вектором моего движения.

— А что ты хочешь?

— Ты о чём? — не уловив сути, переспросил друга.