Книга Перекрёсток, страница 46 – Анастасия Март

Ангелина наклоняется вперёд, темные волосы падают на её лицо, но я всё равно замечаю застывшие в глазах слёзы.

— Зря говорят, что время лечит, — вспоминаю известную поговорку, — оно, скорее, калечит.

— Не совсем так… Просто в какой-то момент ты принимаешь боль, с которой тебе пришлось столкнуться. Учишься с ней жить. Но я до сих пор помню, как выла раненым зверем и каталась по полу, молилась, чтобы это всё оказалось лишь дурным сном. Увы. Счастливое детство кончилось. Мы с мамой и так никогда не были близки, а после смерти отца между нами и вовсе возникла огромная пропасть из ссор, скандалов, взаимных упрёков и недопониманий. Думаю, мы обе вздохнули с облегчением, когда я, поступив в институт, переехала в общежитие. Наши отношения практически сошли на нет, и нас обеих это устраивало.

Геля замолкает, а я снова тянусь к графину с коньяком, но тут же передумываю. Мысли и так путаются, словно в лабиринте. Сложно рассуждать здраво, когда эта девушка в опасной близости. Да и атмосфера… полумрак, камин, разговор по душам. Слишком интимно, слишком велик соблазн переступить черту. Сердце колотится, как бешеное, и я опасаюсь, как бы Ангелина не услышала его стук.

Маленькая, тёмненькая, хрупкая, юркая мышка. Она — полная противоположность Илоны, и это заводит и тревожит одновременно. Неужели меня настолько задолбала жена, что я готов наброситься на первую встречную незнакомую девчонку?

Нет, Илонка здесь ни при чём, дело именно в Ангелине. Хочется сию же секунду схватить её, закинуть на плечо, словно первобытный самец, и утащить в свою пещеру. Потому что меня не по-детски влечёт к ней. Потому что она до чёртиков привлекательна.

Все ощущения сосредотачиваются ниже пояса, и я не могу это контролировать. Даже приходится поерзать в кресле и позу сменить, дабы Геля ненароком не увидела ничего лишнего.

В то же время интересна её реакция. Смутилась бы? Разозлилась? Убежала бы в гневе? Или…?

Мысленная оплеуха приводит меня в чувство.

Окстись, Вавилов. Решил помочь, дело доброе сделать? Так помогай, а не лезь к девчонке, словно похотливый пьяный свин.

— Расскажи мне, как ты познакомилась с этим… Гришей, — прошу, чтобы отвлечься.

Фиалковые глаза затуманиваются, взгляд блуждает по комнате, наконец, останавливается на камине. Ангелина долго следит за игрой языков пламени

— Он приехал к нам в институт. — звучит её бесцветный голос. — В одном из новых корпусов часто проводились всякие конференции и семинары для госслужащих. А Гриша в то время был заместителем мэра по вопросам образования… Вроде бы так называлась его должность.

Ангелина замолкает, но ненадолго.

— Студентов часто привлекали к таким мероприятиям. Встретить гостей, проводить, подсказать… Вот и я решила подработать немного. А Гриша был одним из спикеров на той конференции.

Она усмехнулась.

— Ты бы его видел в тот день! Белая рубашка, костюм тройка, ослепительная улыбка. Вежливый, учтивый, обходительный… Все наши девчонки были от него без ума, да и я, чего греха таить, тоже. Прекрасно понимала, что мне ничего не светит — где он, а где я, но… У вселенной были другие планы. В общем, конференция закончилась, я вышла из института и, как назло, начался дождь. Да не просто дождь, а самый настоящий ливень. Зонтика нет, денег на такси тоже. Стою я на пороге и думаю, что делать, как вдруг надо мной раскрывается зонт — ну прямо как в каком-нибудь романтическом фильме! Оборачиваюсь, а сзади Гриша, предлагает меня подвезти. Да с такой очаровательной улыбкой, что отказаться было невозможно.