Книга Убрать ИИ проповедника, страница 57 – Лиза Гамаус

— Разве я знаю свой путь? — удивился Богдан.

— Нет, не знаешь.

— Послушайте, я пришёл сюда с женщиной и ради женщины. Я пришёл потому, что боялся её потерять. Потерять своё примитивное и ясное человеческое счастье. Я согласился на все условия, чтобы потом уйти. Я вижу, что становлюсь другим, точнее, я уже стал другим, чего уж там. Но, по большому счёту, это такой же я, и рядом, здесь такая же Марго. Да, у нас другие новые тела, спасибо большое, но, скажите мне — что я должен сделать, чтобы уйти?

— Ещё немного, и тебе некуда будет идти. Ты даже не получишь воплощения, потому что будет негде воплощаться. Твоя испуганная душа будет болтаться в отстойнике и молиться стать хотя бы травинкой в грязном болоте на самой далёкой планете в самой далёкой галактике.

— Но меня никто не спросил. Пусть я буду с такой же судьбой, как у миллионов с Поверхности. Я случайно сюда попал.

— Случайностей нет, Богдан. Мы должны сохранить жизнь.

— Жизнь, в смысле, живое? Вы, что, просите у меня помощи?

Жрица демонстративно оглядела комнату, даже прошлась взглядом по потолку.

— Тут больше никого нет.

— Ну, наконец-то. А то я всё учусь, учусь, как принц какой-то в тайном королевстве.

— Скажи ещё, тебя плохо кормят, — улыбнулась Жрица. Её улыбка оголила ряд ровных крупных очень светлых, почти белых зубов, и лицо стало совсем человеческим, красивым женским лицом, интересным, запоминающимся.

— О, нет. Этого я никогда не скажу, — покачал головой Богдан, — наша столовка — это святое.

Жрица засмеялась. «Какая красивая!» — подумал Богдан.

— У меня есть главный вопрос вы обещаете мне свободу? Мне и Марго?

— Ну, только если от тебя самого, — она взяла в правую руку кулон, висевший на шее.

— Да, с этим сложнее.

— Я приду завтра, — Жрица потёрла большим пальцем по кулону и быстро растворилась в воздухе.

Как жаль, что она так быстро исчезла. Он только начал к ней привыкать и только почувствовал, что страх отступил, что можно многое прояснить, нащупать хоть какую-нибудь определённость… Опять захотелось её видеть. Но вскоре воспоминания о Марго заглушили все другие мысли, он закрыл глаза и медленно опустился на кровать.

В аудитории, где они обычно занимались, довольно просторном зале без окон, стояли четыре новых кожаных или, может, сделанных из чего-то очень похожего на кожу, белых кресла, невероятно удобных и многофункциональных. Кресла не только сгибались, поднимались и вертелись во все стороны — они каким-то образом нарушали общепринятые человечеством законы гравитации, отделялись от основания и парили в воздухе. На правом подлокотнике находился небольшой кнопочный пульт управления. Можно было отплыть от всех в дальний угол и затихориться, обдумывая задание или получая информацию. Богдан часто так делал. Иногда задания были очень сложными и всегда ограничивались по времени для их решения. Удалившись в дальний угол, он мог максимально сконцентрироваться.

В новых шлемах, которые всем четверым выдали после омоложения, получать информацию стало намного удобнее, но Муслим как-то обмолвился, что шлемы просто косметика, так как им, похоже, опять переформатировали мозги, и это они сами, без шлемов, уже могли быстрее считывать и воспринимать материал. Они настолько много уже всего знали и помнили, мгновенно сопоставляли и анализировали новые данные, что сравнивать себя с собою прошлыми становилось смешно.