Книга Убрать ИИ проповедника, страница 60 – Лиза Гамаус

Она видела только его силуэт на сцене и даже забывала здороваться, не говоря уже о том, чтобы спросить хотя бы один, любой, самый затрапезный вопрос за сорок лет. Кроме случая на гастролях, кода она оступилась, а он был рядом и успел подхватить её. «Спасибо, Эдик!» — были её слова, намертво врезавшиеся в память. Она тогда ещё в знак благодарности поцеловала его в щёку. Лучше бы она этого не делала. Ночью после спектакля он сидел у окна в своём номере и плакал. Первый раз ему была себя жалко. После этих гастролей он и начал делать её портреты. Сколько он их сделал? Десятки. Я так и буду Девой — Козой? Вернулся к прежним мыслям Богдан. Или я могу сам себе выбрать знак? Ну, скажем, Лев и Дракон! Или Водолей и Кабан! Предрассудки! Он подплыл к бортику и уже собирался вылезать, как услышал знакомый голос.

— Богдан, пошли! Я покажу тебе Подземный мир. Выходи, пожалуйста! — Жрица Наами сидела в кресле у бассейна, теребя белый локон на груди.

— Ты заходишь без стука, я понял. Я не замёрзну в мокрых плавках? — а что ещё можно было спросить. Подземный мир! Убить, вроде, не должны после всего, что я тут пережил, выучил и понял. Сердце всё равно колотилось от неизвестности. Он накинул халат, которых было достаточно разложено у бассейна, и последовал за Жрицей «вниз». Скорее бы уже!

Сначала они шли по каменному хорошо освещённому коридору с идеально отполированными стенами. Как он туда попал, не понял. Мгновенно как-то. Шли молча, Богдан даже еле успевал за быстрой и твёрдой поступью Жрицы. То ли от неожиданности или страха, то ли и правда там было холодно, но зубы стучали, как в детстве, когда барахтались в пруду до посинения холодным летом. Дошли до двери, Жрица остановилась.

— Тебе предстоит церемония очищения, прими как данность. Иначе ты не сможешь попасть внутрь. Это обязательно, — обернулась к нему Жрица.

— Зачем мне эта церемония? Но считай, что я точно так её и принял, — с трудом выговорил от холода Богдан.

— Мы должны убрать всю опасную информацию, которая у тебя есть с Поверхности.

— Я что, заразный?

— Да, очень. Вы наверху не экранированы от токсичных влияний и синхротронных излучений. Ваша пища тоже.

— Я давно это понял.

— Сомневаюсь, — ухмыльнулась Подземная красавица, пропуская его внутрь зала.

— Во всяком случае, из-за этой химической еды, которую нас заставляют есть, мы так мало живём, наверное. Вот сколько тебе лет, если я смею спросить?

— Проходи вперёд. У нас другой жизненный век. Но я ещё в периоде молодости. Хотя внешне мы мало меняемся. Разве что глаза немного выдают.

— Да, глаза тебя выдают, я бы им дал миллион. Наверное, дело не только в еде, чего уж там.

— Мы же хорошо тебя восстановили, Богдан. У тебя есть все основания мне верить.

— Мне бы понять сначала, — Богдан огляделся.

Он стоял в большой просторной комнате, отделанной розовым камнем. Освещение было заметно ярче, чем в коридоре. Стены украшали глухие арки, внутри которых блестели то ли зеркала, толи отшлифованный до максимально возможного блеска камень. Казалось, что за каждой такой аркой своя реальность или отдельный вход в какую-то неизведанную даль. У противоположной от входа стороне на постаменте стояла знакомая до боли розовая кувшинка, из которой лилась непрозрачная белая вода, но другой консистенции, чем молоко, например, более водянистая. Вода переливалась в бассейн постамент. Высота бордюра бассейна, куда собиралась белая вода из кувшинки, достигала примерно шестидесяти сантиметров.