Книга Стеклянные чувства, страница 19 – Виктория Лукьянова

Гриша покачал головой. Я кисло улыбнулась. Как же сложно...

Как же сложно начать разговор, который, как я надеялась, у нас никогда не случится. Но знала бы... Возможно, все могло бы сложиться иначе. Я бы не отпустила в тот день Гришу на корпоратив, который они организовали в компании по случаю десятилетия фирмы. Может быть, звонила бы чаще или вовсе напросилась с ним пойти. Кто знает, как все сложилось бы, предупреди я себя саму из будущего. Но ведь такое невозможно.

— Для начала я хочу понять, почему ты это сделал.

Я смотрела на мужа, пытаясь уловить любое мельчайшее изменение в мимике, словно лакмусовая бумажка. Вот только Гриша морщился, стоило мне задать свой вопрос, что могло означать — ему не нравится, он раздражен и устал. А я не могу не спросить. Потому что хочу понять. Мне нужно понять, что я сделала не так, что не уберегла нашу семью.

— Мариан, ты опять...

— Нет, Гриш, пожалуйста, объясни. Мне важна причина. Я не верю в случайности, особенно после стольких лет брака. Понимаешь?

Я взглянула на мужа, надеясь увидеть в его глазах хоть капельку раскаяния, но все, что он сделал, так пожал плечами.

Вот так просто. Просто пожал плечами, словно я спросила, что мне приготовить на ужин — мясо или рыбу. А ему все равно. На мое усмотрение.

Черт!

— Гриш, я хочу знать.

И тогда муж отвел взгляд, и я поняла, что всё... Всё потеряно.

— И долго у вас это продолжалось? Ведь тот раз был не единственным?

Гриша выпрямился и вновь посмотрел на меня, но в его взгляде отчетливо читалось раздражение. Я попала в точку. К горлу подступил комок, но я вовремя взяла себя в руки и не позволила слезам наполнить мои глаза.

— Тот раз был единственным, — повторил он то же самое, что и говорил тогда, когда всплыла его измена.

— Может, вы и переспали в первый раз, но между вами что-то уже было, ведь так?

Гриша шумно выдохнул. А я затаила дыхание, потому что вновь попала в цель. Оказывается, если убрать эмоции, остудить голову и задавать верные вопросы, то можно узнать правду, даже если он этого не скажет. И я видела по взгляду, по поджатым губам, по громкому дыханию, по кулакам.

— Ты ее любишь?

— О, бог мой, Мариан! О чем ты?!

Я покачала головой. Такая экспрессия, такой взрыв. Неужто я опять била в цель?

Да мне везет, горько усмехнулась я, глядя на Гришу, который пытался взять собственные эмоции под контроль.

Мы любили друг друга, поддерживали и заботились. Я была рядом, когда Гриша сломал локтевую кость три года назад, а он оберегал меня, когда два года назад я попала на операционный стол и мне удалили обе маточные трубы. Я помогала ему мыться, одеваться и даже есть, когда он не справлялся с одной рукой, а Гриша ухаживал за мной, пока я после операции не могла даже элементарно сесть и встать, не испытав ужасный дискомфорт и боль. И ведь за годы брака мы так часто друг другу помогали, что не счесть всего. Тогда казалось, что мы будем идти рука об руку до конца дней своих, а две недели назад я узнала, что мой муж изменил мне с коллегой на том самом корпоративе. И ведь узнала правду не сразу, а случайно, и Грише пришлось признаться в адюльтере. Дерьмово вышло, он признал. Я согласилась, что дерьмово вообще все сложилось.

— Ну ладно, не любишь, — теперь пожимала плечами я. — Но что-то между вами есть, ведь так?