Книга Секрет королевы Маргарет, страница 121 – Алиса Селезнёва

Леонард замолчал. У меня все слова тоже закончились. Злости я уже не испытывала. Только презрение. Леонард в эту минуту был для меня хуже навозного жука. Хуже самого последнего кишечного паразита.

— Что ж… Зато я теперь знаю, что ты не сухое деревце. Та отрава на тебя не подействовала, и скоро ты родишь мне здорового и крепкого сына, а потом до отказа заполнишь этот дворец принцами и принцессами. Истинными принцами и принцессами. И отныне ты будешь любить только меня. Так же сильно, как я люблю тебя. Ты только моя, Маргарита! И ты даже умереть не посмеешь без моего разрешения.

Последняя фраза меня насмешила. И я позволила себе рассмеяться громким, сумасшедшим смехом. Я действительно сходила с ума. От всей этой безумной правды, которая разом на меня свалилась.

— Я не рожу тебя больше никого. Ни мальчика, ни девочку, ни котёнка! И ни одна женщина тебе больше не родит. – Я продолжала смеяться, как тогда в лесу, и нарезать круги вокруг Леонарда. – Заведи себе хоть целый гарем любовниц. Это не я сухое деревце, и не Бриджет, и не Элизабет. Это ты! Ты бесплоден! А ещё немножко и будешь бессилен! Не знаю, наказание это за ребёнка Элизабет или ртуть так повлияла, но уверена я в этом наверняка. У тебя был один-единственный шанс продолжить династию, но ты потерял и его. Не будет у тебя ни законных детей, ни бастардов…

— Проклятая! – Леонард приготовил ладонь для оплеухи, но я успела прикрыться. Прикрыться той самой рукой, на которой носила браслет Абигейл. Пальцы Леонарда дрогнули и опустились вниз. Словно ему не принадлежали, словно были чужими. Он смотрел на них с ужасом и не мог ничего поделать. Те плотно прилегали к телу. Браслет Абигейл действительно хранил меня. И он же, чёрт подери он, не давал мне вернуться домой! Абигейл не нашла средство, потому что средство было во мне самой! Астролог не зря сказал: «Жизнь – это вечный круг, и в начало можно вернуться только, достигнув конца». Крохотная слезинка выкатилась из глаза и упала на проклятый браслет. Я аккуратно сняла его и, хорошенько прицелившись, выбросила в окно. Истина, оказывается, лежала на поверхности. С самого начала. Чтобы вернуться, мне придётся умереть. Умереть так, как нагадала цыганка.

— Ты прав. Я ведьма. Мой секрет в том, что я околдовала тебя. Потому-то ты ничего и не можешь сделать со мной! И поэтому не можешь от меня отказаться! Только я не королева Маргарет! Не твоя жена. Я самозванка, попавшая во дворец в тот день, когда тебе принесли голову Лэн…

А после я оказалась на полу. Щека горела. Руки Леонарда больше не дрожали.

Я лежала на соломе, в той самой камере, где когда-то держали Абигейл. Всё тело болело. Сил подняться не было. По рукам, ногам и животу расплылись ярко-фиолетовые пятна. Я не помнила, как попала в камеру. Помнила только тяжёлые сапоги Леонарда, бьющие по моему телу, и его крики.

Скорее всего, он снова мне что-то сломал. Или отбил, потому как боль внутри стояла немилосердная, однако лекарь в этот раз меня не осматривал. Правильно. Зачем осматривать ведьму и самозванку в одном флаконе? Это лишнее, как, впрочем, и суд. Да и для чего нужен суд, если я и так во всём призналась?

— Приговор объявят на городской площади, – отрезал один из стражников, когда я попыталась заявить о своих гражданских правах, – и там же приведут в исполнение.