Книга Секрет королевы Маргарет, страница 66 – Алиса Селезнёва

— Ну как?

Он прикрыл глаза и чуть покачал головой.

Я смяла в руках многочисленные юбки. Утром я пообещала себе, что, если всё получится, то я заставлю свечами всю церковь и честно отстою вечернюю службу и буду всегда слушать проповедника.

— Они не притронулись к еде.

— Не может быть! – Повернувшись к нему спиной, я бросилась к своим покоям за плащом. – Не может быть! Что там такое произошло? Я должна… должна увидеть сама.

Сэр Филипп схватил меня за локоть.

— Не надо Вам туда ходить. Уже ничего нет. Кастрюли с супом перевернули. Хлеб и кашу побросали наземь.

— Почему?.. – От ужаса я закрыла рот руками.

— Сначала всё шло хорошо, но потом один из нищих подавился, закашлялся и упал навзничь. Из горла у него потекла кровь. На раздаче старик был третий или четвёртый.

— Они решили, что еда отравлена? – догадалась я.

Сэр Филипп промолчал. В его случае молчание всегда трактовалось как знак согласия.

Колени подкосились, и, едва не упав, я навалилась на стену. Столько сил, столько денег, столько трудов… За что, Господи? За что?..

Из глаз брызнули слёзы, а через минуту и вовсе потекли рекой. Я рыдала, как ребёнок. Рыдала от бессилия и отчаяния. У меня два высших образования, как же я не догадалась, что они не возьмут еду от ведьмы?

В себя я пришла минут через пять или семь. Как будто очнулась ото сна и почему-то на плече Филиппа Рочестера. В соплях и слезах я испачкала всю его накидку и, резко отодвинувшись, вдруг заметила, что руки его сжаты в кулаки и почему-то дрожат.

— Извините. – Я вытерла слёзы рукой.

— Ничего. – Отогнув полу плаща, он достал платок и передал мне. На куске льняной белой ткани красовались две ярко-синие буквы «Р» и «Ф». Интересно, кто та девушка, что их вышила?

— Как Роза и остальные? – Только сейчас до меня дошло, что при опрокидывании лотков могли пострадать не только продукты.

— С женщинами всё в порядке. Они все у герцогини дома. За Розой я схожу чуть позже. Её мать не слишком хорошо себя чувствует, и некоторое время Роза побудет с ней.

— Есть пострадавшие? – Присмотревшись повнимательнее, я заметила на виске сэра Филиппа длинную, уже покрывшуюся коркой царапину. Его правая щека чуть припухла. – Вы ранены?

— Это пустяки. – Он опять прикрыл глаза, а затем долгим взглядом посмотрел на потолок. – Джеймс Маккензи зарезал двух бунтовщиков. Жертв было бы больше, если бы герцогиня Эмберс не рассыпала золото. Горожане начали его подбирать и забыли о лотках с едой и драке.

— Боже мой… – Меня опять покачнуло и затошнило. – Ну, вот почему всё так? Ведь я же честно пыталась сделать, как лучше! И что теперь? А если завтра они заявятся ко дворцу? Раньше от расправы надо мной их удерживал король, но после сегодняшнего… А если он вдруг уедет? Почему? Почему, чёрт подери, все считают её ведьмой? Она же ревностная католичка! Молилась по пять раз на день, соблюдала все посты. Кто её так очернил?

— Это я виноват.

— Вы-то тут причём?

Думая, что сэр Филипп по-прежнему говорит о резне из-за лотков с едой, я покачала головой. Мысли от случившегося путались, и я плохо понимала, что произношу вслух, а что перебираю у себя в голове.

— Вы не поняли, я – тот человек, который оговорил королеву Маргарет. Я назвал её ведьмой, а за мной повторили все остальные.

Прижав руку к груди, я отшатнулась. Это казалось невероятным. Нет… Сэр Филипп – единственный честный и порядочный человек во всём дворце. Если и он окажется подлецом, я сойду с ума. Как пить дать сойду…