Книга Новогодний переполох в академии «Милагриум», страница 11 – Алиса Селезнёва

— Так и будете друг на друга пялиться или всё-таки делом займётесь? ‒ возмутилась Габи, громко прищёлкнув языком. ‒ До начала бала времени осталось шиш да маленько, а вы тут не пойми, что устроили. Мел ещё одеваться часа два будет.

Услышав своё имя, Ноиламгип вздрогнула и послала в сторону фамильяра убийственный взгляд. Порой она вообще не понимала, где её кошка набралась столь вульгарных жаргонизмов.

— Я сейчас поднимусь в свою комнату, переоденусь и вернусь, а ты, Альберт, побудь, пожалуйста, здесь.

— Зачем же тебе уходить, госпожа моя? Я сейчас мигом домчу твоё платье. Где, говоришь, оно лежит?

— Оно висит в шкафу, на плечиках, только…

— Прекрасно.

Альберт громко хлопнул в ладоши, и в руки Мелинды прямо с потолка ухнуло красное платье её матери вместе с поясом, белой маской и золотыми туфлями. Хорошо, хоть последние угодили на пол, а ещё спустя секунду в аудитории не пойми откуда взялась сине-голубая ширма, которая стеной отгородила девушку от недавно созданного ею мужчины.

— Переодевайся, госпожа моя, и ни о чём не беспокойся. Тебя никто не потревожит.

Мелинда ахнула, но форму всё же сдёрнула, забросила ту на ширму, облачилась в платье, сама застегнула молнию на спине, расправила подол и… только после этого поняла, какую ошибку совершила. Платье Пэтти было ей велико. Неистово велико, причём как в талии, так и в груди. А ещё от долгого висения в шкафу в некоторых местах оно выцвело, а в других ‒ потемнело.

— Ты там уснула что ли? ‒ взвизгнула от нетерпения Габи. Мелинда вздохнула и с шумом отодвинула ширму. Глаза Альберта при виде её округлились.

— Ничего другого взамен этому у меня нет, ‒ хныкающим голосом призналась девушка. ‒ Я не подумала примерить его раньше, и теперь право не знаю, что делать.

— Не беда. Не забывай, что я идеален во всех отношениях и отлично умею колдовать.

Ровно на мгновение Альберт коснулся красного рукава, и платье на Мелинде село как влитое. Цвет наряда при этом стал ярче и благороднее, а сама материя ‒ мягче и легче. Платье словно только вчера забрали из магазина, и даже золотая вышивка на рукавах и по вороту засияла так, будто собиралась конкурировать с солнцем.

— Класс, ‒ одобрительно закивала Габи. ‒ Я теперь даже не жалею, что ты не дракон. Вот бы ещё что-то с её головой сделать.

Мелинда снова тяжело вздохнула, затем сняла с излюбленных кос резинки и аккуратно взъерошила волосы, пытаясь придать тем хоть какой-то маломальский объём.

— Позволь мне, госпожа моя. ‒ Альберт вновь приблизился к девушке и лишь на долю секунды провёл ладонью по её макушке. Прямые и тонкие, как солома, волосы тотчас преобразились и легли на плечи блестящими локонами.

— Была б мужиком, влюбилась! ‒ с чувством подытожила Габи. ‒ Теперь Люси стопудово позеленеет от зависти.

— Люси ‒ это закадычная подруга моей госпожи?

— Скорее, наоборот. Её закадычная вражина.

— Не болтай лишнего! ‒ прикрикнула на кошку Мел, а затем обратилась к Альберту: ‒ Прошу, перестань называть меня госпожой, а то люди подумают что-нибудь недоброе. Называй меня Мел или Мелиндой.

— Как пожелаешь, госпожа моя, то есть Мелинда.

Самый идеальный мужчина на свете улыбнулся самой обезоруживающей на свете улыбкой, и у девушки, его создавшей, странно затрепетало сердце.