Книга Развод. Право на отцовство, страница 3 – Оксана Барских, Рита Нестерова

Мой мир разлетелся на осколки буквально за несколько секунд.

Вместо сердца зияла пустота, а вместо любви остался один лишь пепел.

Вскоре музыку отключили, и я открыла глаза вновь, наблюдая за тем, как Гордей неспеша натягивает брюки.

Его секретарша сползла со стола и увидела меня первой. Застыла с выпученными глазами и не спешила прикрываться. Глаза невольно скользнули по ее идеальному стройному телу, и в сердце укололо завистью. Так вот чего хотел Гордей и на что меня променял.

— Гордей, – прошептала Аня и посмотрела на него с паникой во взгляде.

— Гордей Владимирович, Анют, мы же договорились соблюдать субординацию. Не привыкай к фамильярности, еще выскочит при моей жене. Свою Соню я люблю и разводиться не собираюсь, ты же помнишь мои условия?

Голос его звучал угрожающе. Никогда еще я не слышала, чтобы он разговаривал со мной в подобном тоне.

— Твоя жена… – растерянно произнесла секретарша, кажется, не обратив на его слова внимания.

Он натянул на себя рубашку и шлепнул ладонью ее по обнаженным ягодицам, и этот громкий звук заставил меня, наконец, вскрикнуть и тяжело задышать.

Гордей напрягся и резко развернулся, стремительно бледнея при виде меня.

— Соня, – просипел так, будто его горло резануло, и он потерял голос.

Он шагнул ближе ко мне, но я вышла из оцепенения и отшатнулась, в ужасе глядя на предателя мужа. Он увидел мою реакцию, и на его лице было написано сожаление.

— Что ты тут делаешь, Сонь? Ты же сказала, что будешь в больнице.

Мне хотелось кричать изо всех сил, раздирая собственную кожу лица до крови ногтями, но всё, что я могла – это стоять истуканом и дрожать, глядя в лицо того, кто обещал оберегать меня, заботиться и любить.

А на деле предал.

Жестоко. Мерзко.

— Так я уже, – сглотнула я и горько усмехнулась. – Хотела тебе сюрприз сделать.

Я нелепо махнула снимком малыша в воздухе и опустила руку.

Всё это нужно только мне.

— Гордей Владимирович, я пойду, наверное, – подала голос Аня и начала собираться свои вещи с пола.

— Ты не должна была видеть эту грязь, Сонь, – поморщился Гордей, взяв себя в руки, и застегнул пуговицы на рубашке. Секретарша схватила белье и проскользнула мимо меня обратно в приемную.

— Как ты мог, Гордей? – судорожно всхлипывая, я ощущала, как тянет низ живота.

— Я мужчина, Сонь, мне это нужно. Тебе скоро рожать, я лишь забочусь о тебе.

— Не смей обвинять меня! Что ты за чудовище, Гордей, я требую развода!

Меня трясло и лихорадило, и больше всего на свете я хотела убежать, но ноги предательски не слушались.

— Успокойся, Сонь. Я не дам тебе развод. Не глупи, ты же у меня умненькая девочка. Для тебя ничего не изменится. Она для меня ничего не значит и нужна мне лишь для снятия напряжения.

— Ты даже не раскаиваешься, – прошептала я потерянно и схватилась обеими руками за живот.

Он не собирался прекращать отношения на стороне. Это и подкосило меня, а затем низ живота резануло острой болью.

— Ай! – вскрикнула, чувствуя, как по ногам что-то потекло.

— Что такое, Сонь? Воды отошли?

Муж кинулся ко мне, но мне от его присутствия становилось лишь хуже.

— Нужно вызывать скорую, Сонь. Что-то не так.

Я едва не скрючилась, пытаясь оттолкнуть руки Гордея, а затем увидела, что его ладони были в крови. В моей крови.

Меня трясло от осознания того, что из-за стресса я могу потерять своего малыша. Долгожданного и любимого. Я всё смотрела на кровь на своих ладонях и чуть ли не теряла сознание.