Книга Измена. Верну тебя любой ценой, страница 25 – Оксана Барских

— По какому вопросу? – спокойно спрашиваю я, не отвлекаясь от монитора.

— Не могу знать. Но он рвет и мечет, – последнее Раиса добавляет тихо и явно не сдержавшись.

Хмурюсь. Для Саяна агрессия на рабочем месте – нонсенс. Вздохнув, беру в руки телефон и решаю не подставлять Раису. Догадываюсь, что вызвало у мужа такой гнев.

Секретарь Саяна подрывается при виде меня, выпучивает глаза, и я криво улыбаюсь ей, подмечая и ее заполошный вид, и тремор рук.

— Один? – киваю я на закрытую дверь кабинета.

Вхожу, дождавшись ответного молчаливого кивка, и поражаюсь гулкой тишине, которая встречает меня. По коже идут мурашки, и я веду плечом, сбрасывая возникшее напряжение.

Закрываю за собой дверь и настороженно замираю, увидев перед собой заднюю часть кресла. Саян даже не пытается делать вид, что усиленно работает, просто сидит, уставившись в стену и явно о чем-то размышляет.

Я ненадолго радуюсь, что не сразу вижу его лица. Мне тяжело не то что смотреть на него, но и думать о нем.

— Саян Русланович, вызывали?

Я присаживаюсь на стул и скрещиваю руки на столе, надевая на себя безэмоциональную профессиональную маску, которую за годы медицинской практики научилась носить по десять часов к ряду.

Сердце мое при этом зверски стучит, отчего сбивается дыхание, но я стараюсь не подавать и вида, как тяжело даже находиться в одном помещении с мужем.

Я вся напряжена и в любой момент готова вскочить и убежать, лишь бы Саян не начал снова говорить о семье, о нас.

Что он меня никуда не отпустит.

Что я его жена и ею останусь.

— С каких пор жена называет мужа по имени-отчеству? – раздается низкий баритон Саяна, следом скрип кресла, и уже в следующую секунду его глаза впиваются в меня, будто ренгтен-аппарат.

Он, казалось, хочет вскрыть меня скальпелем и разузнать, что сейчас творится в моей голове, но я не готова к откровенному разговору. Как и к какому-либо противостоянию.

— Соблюдаю субординацию, Саян Русланович. Озвучьте причину, по которой вы меня позвали, и я пойду работать, нужно подготовиться к родам.

Я не вру. Мою пациентку уже везут на скорой, так что даже если бы я захотела, много времени уделить Грачёву не смогла бы.

Несмотря на исходящий от меня холод, я нехотя подмечаю, как сильно Саян осунулся за эти дни. Волосы взлохмачены, на лице трехдневная щетина, под глазами залегли темные тени, на лбу вогнутые линии от того, что он постоянно хмурится.

Даже взгляд и тот будто потерял привычный блеск, цвет глаз стал тусклым и белесым. В груди было ворочается беспокойство, но я напоминаю себе, отчего так, и всякая жалость давится на корню без сожалений.

— Ты написала заявление на увольнение, – говорит Саян и поднимает со стола бумагу.

Я киваю, так как дальше так продолжаться не может. Кому-то из нас придется уйти из клиники. Вот только Грачёв – хозяин, так что заявление на столе лежит мое.

— Я его не принимаю, Люба. Ты отличный специалист с обширным опытом, так что я никуда тебя не отпущу. Не твори глупостей на эмоциях! – рычит Саян и на моих глазах рвет мое же заявление.

Я ожидала нечто подобного, поэтому просто пожимаю плечами.

— Я продублировала заявление через кадровый портал, Саян, так что твое согласие или несогласие по трудовому кодексу значения не имеет. Я отрабатываю две недели и увольняюсь. Это всё, или есть еще какие-то вопросы по моей работе?