Книга Развод под 50. Дорогая, тебе пора в утиль!, страница 11 – Оксана Барских

— Ты будешь слушать всё, что я тебе скажу! Я долго терпела, что мы с сыном вынуждены быть на вторых ролях, но я никому больше не позволю считать его уродом. Полусиротой при живом отце! Либо ты убедишь Романа признать его своим сыном и еще одним наследником, либо я заберу силой жизнь, которую ты у меня украла!

Не в силах больше находиться в ее отравляющем обществе, я толкаю ее в сторону и резвым шагом выхожу из уборной. Слышу позади удар, затем болезненный вскрик, но не оборачиваюсь.

Прочь отсюда… Прочь…

С меня хватит этого дурдома, я ни минуты дольше здесь не выдержу. И плевать на плечо, на ссадины на голове и на боль.

Вызываю такси, не встретив по пути Романа, а когда выбегаю на улицу и вижу его машину, хватаю лежащий на парковке булыжник. Кидаю его в лобовое стекло внедорожника и с удовольствием наблюдаю, как по стеклу расползаются трещины, а на капоте образуется внушительная вмятина.

Пару раз пинаю фары, разбивая их вдрызг, провожу ключом по кузову вдоль всей боковины, и только тогда меня немного отпускает.

Пусть я не могу сейчас причинить Роману такую же боль, что и он мне, так хоть испорчу его тачку, над которой он так трясется.

Рома в очередной раз звонит.

От него уже двадцать пропущенных.

Пару секунд гипнотизирую телефон и решаю принять вызов. Нужно поставить в нашем разговоре точке.

— Где ты? Немедленно езжай в ресторан, — жестко чеканит Рома, даже не спросив, как я, не случилось ли чего со мной.

Я дрожу по привычке, но впервые проявляю твердость и пресекаю желание оправдаться. Оно непроизвольное, выработанное годами прессинга. Я даже не заметила, как в этом браке потеряла себя.

А сегодня будто проснулась от долгой спячки, с удивлением замечая, что не обязана подчиняться прихотям мужа.

Не обязана быть его женой.

Не обязана быть заложницей нашего брака, который он сам похерил.

Не обязана терпеть его распущенность и потакать измене.

— Я уже сто раз тебе сказала. В ресторан я не вернусь, а с тобой развожусь. Домой не приходи, вещи твои я отправлю курьером.

— Я так понимаю, истерика твоя набирает обороты, — холодно констатирует Рома, и я вся сжимаюсь. — По-хорошему ты не понимаешь.

— По-хорошему это разбить мне голову, отвезти на осмотр к своей любовнице, а потом отыметь ее на ее же рабочем столе?

— Еще хоть одно слово матерное, я приеду и весь рот твой мылом продезинфицирую. А насчет сцены в кабинете забудь, и дальше живем, как жили, — лениво тянет Рома, особо не заморачиваясь, что причинил мне за один день столько боли, что я просто не могу ее в себе вместить.

— Ты серьезно сейчас? Предлагаешь мне сделать вид, что я ничего не видела? Притворяться, что мы с тобой — счастливая супружеская пара?

Меня переполняет горечь, что я замужем за таким мудаком.

— Я? Предлагаю? — холодно усмехается он. — Я тебе ничего не предлагаю, дорогая.

Его “дорогая” звучит издевательски.

— Это в твоих же интересах жить дальше, как прежде.

— Так мне тебя еще благодарить нужно?

— А ты считаешь, что разводом мне больно сделаешь? Проучишь меня и я стану, как шелковый? Нет, Полина, развод в первую очередь ударит по тебе.

Он говорит так безэмоционально, будто не с женой общается, а с не перспективным клиентом, который обманом прорвался к нему на прием без записи.