Книга Развод под 50. Дорогая, тебе пора в утиль!, страница 8 – Оксана Барских

Никогда не слышала, чтобы он так наслаждался близостью. Со мной в постели он всегда был ласков и нежен, никогда не позволял себе неуважения.

Выходит, я его не знала никогда.

Вот что он любит на самом деле.

Вот что ищет на стороне, притворяясь примерным семьянином.

Меня всю колотит не то от озноба, не то от невыносимого жара. Ноги не слушаются, становятся деревянными. Мышцы сводит, а легкие горят, словно вот-вот разорвутся в клочья.

Не знаю, как долго я стою под дверью.

В себя прихожу от звонка.

Мне звонит дочь. Убавляю звук, но поздно.

— Ты что, дверь не закрыл?! Если подчиненные увидят и главврачу доложат, меня на ковер вызовут! — шипит Ирина, услышав мелодию.

— Не мельтеши. Не забывай, кто посадил твой красивый зад в кресло заведующей. Я всё решу.

Я отпрянула, в панике оглядываясь по сторонам. Неподалеку туалет, куда я и вхожу, чтобы спрятаться, сделать себе передышку и только потом столкнуться с мужем.

Такого унижения я еще никогда не испытывала.

Хоть бы постыдился, ведь знал, что я ранена и в плохом состоянии.

Презираю в этот момент себя за слабость, что не ворвалась внутрь и не накинулась на Романа и его любовницу.

Не знаю, что на меня нашло. Может, мне было стыдно?

Когда в ресторане с Ромой мы были наедине, я могла себе позволить выплеснуть на него свой гнев, а когда рядом появляется соперница, весь мой дух куда-то испаряется.

Все эти пятнадцать лет она знает обо мне, о нашем с Ромой браке всё. И какие у нас, оказывается, есть проблемы в постели. Чем я дышу, чем занимаюсь.

Чувство, словно она залезла мне в шкаф с нижним бельем и перебирает его, с презрением двумя пальцами касаясь моих панталон и сравнивая их со своими танго и стрингами.

В глубине души я знаю, чего боюсь на самом деле. Почему не открыла дверь кабинета и не убила обоих за свой позор.

Я не готова к сравнению. Знать, что муж все эти годы спит с другой ради удовлетворения своих низменных потребностей — это одно. А увидеть воочию, кого он предпочитает мне — другое.

Она младше. Пусть ненамного, но в моем возрасте такая разница уже критична. Моя седина против ее пышной черной копны. Мои шрамы от кесарева против ее идеального тела, которое она явно оттачивает, чтобы поддерживать себя в форме.

Она ведь любовница, задача которой помогать Роме сбрасывать напряжение. Ей нужно быть красивой и легкой.

Она не завалена домашними делами, у нее нет нужды заботиться о муже и готовить ему ужин, ведь он любит только приготовленное моими руками.

Все эти годы она пользуется привилегиями статуса жены Ромы, строит карьеру с помощью его влияния и связей, одевается в бренды, ездит с сыном на курорты, но обязанностями, которые в этот статус входят, не обременена.

Всхлипываю, размазывая остатки косметики по лицу. Не обращаю внимания на боль в плече. Становится всё равно, ведь большую боль, чем причинил мне любимый муж, даже не придумать.

От дочки уже три пропущенных, и я всё же выхожу из кабинки туалета. Хочу привести себя в порядок и уехать домой. В ресторан я не вернусь, но в лицо Роме напоследок посмотреть хочу.

— Так и знала, что это была ты.

На выходе меня встречает насмешливый голос Ирины Малявиной.

Она стоит у входа в уборную, закрывая мне выход в коридор.

И как долго она здесь?

— Тыкать мне не надо, я ваш пациент, а вы обслуживающий персонал, — гнусавым голосом осаживаю ее, но выглядит жалко.