Книга Измена. Ты нас променял, страница 19 – Оксана Барских

— Дай мне ключи, я ребятам скажу, они подгонят. Зачем тебе туда ехать сейчас, у меня квартира же неподалеку.

В другой ситуации я бы с радостью согласилась, чтобы лишний раз не двигаться, но наличие незарегистрированного пистолета – серьезное преступление, и садиться в тюрьму я желанием не горела.

— Нет, Паш, я сама. Там все мои вещи.

Пришлось слукавить, хотя никаких вещей в машине не было. Я уехала в том, в чем была одета.

— Ладно, поехали.

Вскоре Паша припарковался у здания полиции, и я медленно вышла из машины, пытаясь издалека оценить обстановку. Напряглась, увидев, что около моей ласточки крутятся двое парней в форме. Они стояли около ограждения и посматривали на лобовое стекло, и я вся сжалась, предчувствуя неприятности. Неужели меня посадят?

— Ты чего это, Аль? – подошел ко мне Паша и вместо меня закрыл дверь пассажирского сиденья.

— Голова кружится, – пробормотала я и шла к своей машине на ватных ногах, не ощущая под собой асфальт.

— Чего прохлаждаемся, мужики? – поздоровался с офицерами Паша, и я расслабилась, когда они стали спокойно разговаривать о каком-то нераскрытом деле.

Периодически поглядывали с интересом на меня, но из-за Измайлова ничего не спрашивали. Вскоре они ушли, и я вздохнула с облегчением.

— Я тебе адрес смс-кой скину, – сказал мне Паша и протянул вдруг ключи. – Ирка в командировке сейчас, я сегодня допоздна, так что ты чувствуй себя, как дома, не стесняйся. Всё, что найдешь в холодильнике, всё твое.

Насвистывая, он ушел в сторону КПП, а затем скрылся за воротами. Я же, успокоив бешеный стук сердца, достала ключи, разблокировала машину и села внутрь, первым делом глянув на пассажирское сиденье. Пистолет лежал незамеченным на месте. Благо, сиденья машины были кожаные, черного цвета, и оружие не выделялось на его фоне. Только это, казалось, спасло меня от тюрьмы.

Я глянула наверх по бокам через лобовое стекло, выискивая камеры, и класть его в бардачок не решилась. Кинула сумку так, чтобы прикрыть его, завела машину и поехала по тому адресу, который скинул мне Паша.

Я хотела в ЗАГС, но глянула на часы и рассмеялась. Время близилось к девяти вечера, ни один ЗАГС не работает.

Когда я уже подъехала к дому Паши и припарковалась, раздался звонок. А когда я глянула на экран, то вся оцепенела. Свекровь. Тетя Давида, которая воспитывала его после смерти родителей.

Я ее откровенно побаивалась, ведь женщиной она была строгой, следила за порядком и не терпела пыль и грязь. Так что каждый ее приезд сопровождался нравоучениями с ее стороны и стрессом – с моей.

И никогда она не звонила просто так.

Давид не стал бы рассказывать ей правду, а значит, если она звонит, то в курсе лишь отчасти.

Я глубоко вздохнула и приняла вызов.

У меня дрожали руки, когда я подносила телефон обратно к уху. Каждый раз свекровь вызывала у меня противоречивые эмоции. С одной стороны, чувство глубокого уважение, ведь женщиной она была хоть и крутого нрава, но всего в жизни добилась сама, возглавляла одну из лучших частных школ в городе. С другой же стороны, глубинный безотчетный страх, ведь и общалась она со мной, как педагог с нерадивой ученицей. Постоянно находила косяки и отчитывала за них. Даже мама не позволяла себе такого, пока я была подростком. С горечью мне пришлось признать, что в случае с матерью дело было лишь в том, что той было просто плевать на меня и чем я занимаюсь. Лишь бы сыновья да муж были накормлены и устроены. Меня в ее радарах не было вовсе.