Книга Другая женщина. Она хочет забрать мою семью, страница 79 – Оксана Барских

— Любой допускает ошибку, Вика, даже самый умный и продуманный. План Вики дал осечку, когда она выбрала себе в любовники парня, похожего на меня. Ему не понравилось то, что она его опоила и выдала за меня. Никому не нравится быть использованным. И он сдал ее. Рассказал всё, чем она с ним делилась. Впрочем, это уже дело полиции. Густав помог мне в другом. Ему после смерти отца был открыт доступ в семейную ячейку в швейцарском банке, где Нора, на свою глупость, и хранила компромат. Так что, пока мы ездили с ним, чтобы решить проблему, когда я вернулся в отель, тебя и Марты не было. Я не спал с Норой, Вика. Я тебе слово даю. Слышишь меня?

В груди в этот момент словно что-то обрывается. Я не знаю, что сказать. Весь накал исчезает, гнев из меня уходит, как воздух из шарика, и я отвожу взгляд, пытаясь переварить то, что он мне сказал. Боль никуда не испаряется, но добавляется горечь, ведь я стою на перепутье, не понимаю, что делать. Поверить?

— Если ты мне не веришь, — Марк говорит мягче, — послушай Густава.

Я вздрагиваю и только теперь замечаю стоящего неподалеку мужчину. Высокий, с внимательным взглядом. Густав.

Вина и легкое недоверие разъедают меня изнутри, но я еще не готова принять всё до конца. Сердцем чувствую, что Марк не врет, а вот умом я так накрутила себя за эти дни, что принять реальность тяжело. Мне нужно всё переварить. Еще раз подумать и разложить по полочкам. Найти несостыковки, если они есть.

Хотя сейчас мне кажется, что всё, что сказал Марк, правда.

Иначе зачем бы ему меня возвращать? Зачем бы говорить со мной, если он мог уехать с Норой в Швейцарию? Так не ведут себя те, кто уходит из семьи.

— Твоя мать сказала, что ты снял все деньги со счетов, поэтому она подумала, что ты хочешь уехать…

— Я не снял, я перевел их на другой счет. Знаешь, когда у тебя воруют телефон, это просто мера безопасности. Ты веришь мне? Я всё объяснил?

Марк ждет, но я не успеваю ответить.

— Папа! — раздается звонкий голос, и между нами сразу же проскакивает Марта.

Она подбегает к Марку, он улыбается и ловит ее в объятия, прижимает к себе так крепко, будто боится отпустить. Любит ее, в этом я никогда не сомневалась.

— Ты не уедешь снова? — спрашивает она, заглядывая ему в лицо с такой надеждой, что у меня внутри всё сжимается от боли. — Папочка, нам было так плохо без тебя! Мама так сильно плакала! И я тоже!

Марк проводит рукой по ее волосам, улыбается. По-настоящему тепло, по-отцовски. Наши взгляды с мужем встречаются, и я сглатываю, когда слышу его следующие слова.

— Больше никаких командировок, малышка. Я обещаю. И вы больше никогда не будете плакать.

— Мам, а папа придет? — спрашивает с волнением дочка и всё поглядывает в сторону ворот школы. Сегодня у нее первое сентября, линейка для первоклассников, ведь теперь Марта у нас — школьница.

Я поправляю ее банты и улыбаюсь, глядя на свою такую серьезную девочку.

— Конечно, придет, солнце. Он купит цветы и сразу же к нам.

В этот раз я и сама не сомневаюсь, что Марк будет с минуты на минуту. Если он обещал придти, значит, свое обещание выполнит.

Классная руководительница выстраивает детей в одну линию — тех, кто пониже, ставит на первый план, кто повыше — на задний. Несмотря на попытки установить порядок, вокруг творит ажиотаж, ведь взволнованы и взрослые, и дети. Повсюду разговоры, смех, галдеж. Мамы пытаются сфотографировать своих детей, немногочисленные папы стоят поодаль в сторонке.