Книга Полковник. Я тебя раскрою, страница 23 – Кара Райр, Алена Московская

Он вручил мне коробку. Большую. Тяжёлую. С четкой надписью на крышке: "Громова Э."

Подпись. Дверь. Тишина.

Я села прямо на пол и медленно открыла.

Внутри — платье. Вечернее. Темно-изумрудное, с открытой спиной. Изящные линии, струящийся материал.

Платье не просто дорогое — оно блять не прилично дорогое.

Оно было выбранное специально. Под мою фигуру. Под меня.

Рядом — туфли. Высокие. Глянцевые. Итальянские. С красной подошвой.

И… украшения. Комплект. Скромный, но безумно стильный. И видимо такой же охуенно дорогой.

Я смотрела на всё это, как на взрыв. Как на сообщение с другого мира.

И в самом дне коробки — записка.

"Завтра. 18:00. Детский медицинский центр имени Халилова.

Буду ждать.

Машина приедет в 17:00. Будь готова.

— Д."

Я замерла. Буквально перестала дышать.

Больница?

Какое к чёрту свидание в медицинском центре?

Что это вообще?

Очередная проверка на прочность?

Поднялась, платье в руках. Прошла в комнату. Повесила.

Погладила ткань — пальцы дрожали.

Села за ноутбук. Вбила в поисковик: Детский медицинский центр имени Халилова.

Открылась страница. Благотворительный приём. Завтра. Публичное мероприятие. Донорская программа. Давид — в списке меценатов.

Вот оно что…

Это не свидание. Это что-то другое.

Слишком официально. Слишком… намеренно.

Может, он что-то узнал? Может, решил публично поставить меня в ситуацию, из которой я не смогу выбраться?

А может… он готовит что-то гораздо опаснее?

Я закрыла ноутбук.

Я сидела в темноте, глядя на это проклятое платье. Такое красивое, изящное, опасное. Оно будто смотрело на меня в ответ.

Мысли бурлили в голове, как вода в кипящем чайнике.

Нет, так дело не пойдёт.

Я не могу позволить себе начать сомневаться. Нельзя так.

Это не просто встреча. Это не про эмоции, не про симпатии, не про какие-то там взгляды в кинотеатре.

Это оперативная работа. Это дело, которое может стоить чьей-то карьеры, репутации, свободы.

Я не имею права облажаться.

Начало уже положено. Я зашла слишком далеко, чтобы теперь вот так просто повернуться и уйти.

А если сдам назад? Тогда что? Тогда всё было зря?

Все эти разговоры, наблюдения, ночные отчеты, внутренние конфликты, игра на грани — ради чего? Ради того, чтобы сбежать на полпути?

Нет.

Я никогда не сдавалась на полпути.

Если я за что-то берусь — я довожу это до логического завершения.

Сжав кулаки, я медленно встала. Подошла к платью, взяла его в руки, развернула. Провела пальцами по мягкой ткани.

Что бы он там ни задумал — я справлюсь.

Потому что теперь это уже не только работа.

Теперь это — вызов.

И я его приму.

Эльвира

Машина подъехала к больнице почти бесшумно. Черный автомобиль с тонированными стеклами, который, казалось, везёт не женщину, а посла в миссии особой важности.

Я нервно поправила ремешок на сумке, последний раз взглянула на своё отражение в зеркале. Платье сидело идеально. Слишком идеально.

Выйдя из машины, я сразу почувствовала атмосферу — флаги, воздушные шары, медленно собравшиеся люди у входа. Празднично. Слишком. Все это было слишком.

Я сделала пару шагов и увидела его.

Давид стоял рядом с мужчиной в сером костюме, крепко сложенным, интеллигентным, с внимательными, но уставшими глазами. На руках у Давида был мальчик лет пяти, в шапочке, с улыбкой, которая почему-то ударила в грудь.