Книга (Не) Единственная, страница 14 – Алена Московская

Ладно, хватит о ней. Я сюда все-таки отдохнуть приехал.

— Тендер выиграли, да? — спросил Михалыч, хлестая меня березовыми ветками, — Ну, Костян, признавайся, когда стройку начнешь?

— Да, чуть не повредили горло от радости на заседании, — ответил я, поглаживая мокрый лоб, — скоро начну, скоро, остались формальности.

Мы поговорили о бизнесе, успехах и планах на будущее, но вскоре разговор принял более легкий тон.

— А давай поговорим о женщинах? — предложил другой Михалыч, ухмыльнувшись, — Костя, ты сейчас свободен, раз уж снял кольцо, — добавил он, подмигивая.

Я кивнул в ответ.

Наверное, и свободен, сам еще не понял.

Я усмехнулся, хотя внутренний голос шептал, что это не та свобода, которую я искал. А может та. Просто привык, пресытился. Настолько, что не знаю, свободен или нет. Привычка просто под именем Наташка.

Не успел я додумать мысль и ответить что-то еще, как в баню вошли три девушки.

Они выглядели сногсшибательно, — жизнерадостные, с искрящейся энергией, которая притягивала взгляды.

Ну кроме этого, их купальники и шапочки со смешными надписями по типу «Отпарь, потом отжарь», заставили меня улыбнуться.

Красивые, молодые, веселые, ничего не просящие, кроме денег, конечно.

Задор в глазах горит. Вижу.

Друзья сразу оживились, стали шутить, давая мне «зеленый свет».

Я чувствовал их азарт, но внутренне был совершенно равнодушен. Или нет.

Глаз к телу девушек притягивался. Но… Но.

— Кому-то из вас нужно поднять бокал за прекрасных дам, — сказал Федька, а после захохотал.

— За дам — произнес я, слегка потянув подсоленное пиво.

Подсоленное, ну хоть не пересоленное, как вчерашний кофе.

Снова мысли вернули туда. В брак. Слово то еще какое.

Она настолько со мной неискренняя, что даже высказать не смогла своего недовольства. Согласилась. А в отместку еду пересолила. Жестокая, конечно, женщина...

Давай, Костян, угомонись.

Вокруг меня смех девушек, их разговоры. Большая грудь, обтянутая мокрыми тканями. Их вставшие соски, будоражащие член в штанах.

Вот сюда и смотри. Ты мужик, или кто?

Я с некоторым интересом наблюдал за ними. За тем, как они вульгарно смотрят на нас, наверное, мысленно подсчитывая деньги у нас в кошельках.

Что ж, винить не за что. Это своего рода «обмен».

— Костя! Ну, ты что? Выбирай! — подзадоривал меня дружище, указывая на одну из девушек, которая кокетливо подмигнула мне, — эту. Или эту, — он перевел руку на блондинку, — или эту, — теперь на третью, — Ты у нас сегодня первопроходец, давай целочка, расчехляй своего дракона.

Я отмахнулся от него, а затем провел взглядом по девушкам.

Красивые.

Но. Не знаю.

— Костян, я себе сейчас всех трех заберу, думай быстрее, смотри какие сосочки, — подначивал Михалыч, снимая с одной из девушек верх купальника и оголяя ее грудь.

Наталья

Следующий день на работе протекал медленно.

Я сидела в стоматологическом кабинете, погруженная в свои мысли, и думала о том, что, возможно, стоит поговорить с мужем. Нормально поговорить, высказать уже наконец к другу все претензии, все недовольства. Все вообще. Это ведь не дело.

Последние оказалась полными недомолвок и напряжения, и я понимала, что без серьезного разговора дальнейшее существование нашего брака становится невозможным. Правда. Сейчас, вроде бы, я трезво оцениваю ситуацию.