Книга (Не) Единственная, страница 63 – Алена Московская

Он стоял на пороге, с каким-то конвертом в руке и странным выражением на лице.

Что-то лыбится. Видимо, увидел в мое лице маску клоуна. Или с ума сошел. Хотя, да. С ума точно сошел.

— Вот твоё приглашение, — сказал он, держа конверт так, будто это было нечто важное.

Я подняла взгляд, лениво прищурившись, как человек, которого только что отвлекли от чего-то гораздо более интересного.

Можно я буду его оскорблять? При том, что он не стоит больше ни одной моей потраченной нервной клетки.

— И куда это? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

Я знаю куда.

— На вечеринку, — произнес он, заходя чуть дальше в комнату. — Думаю, тебе понравится.

Я коротко хмыкнула, откладывая книгу на колени.

Книга мне точно нравиться больше.

— Ага, — протянула я, скептически приподняв бровь. — Это ты так решил?

Он проигнорировал мой тон и продолжил, словно не замечая моего холодного равнодушия.

— Наташа, тебе нужно развеяться. Это будет что-то новое. Совсем другой формат.

— Новый формат, говоришь? — я слегка усмехнулась, скрестив руки на груди. — А ты что, не вспомнил даже о нашем сыне?

Его уверенность дала трещину.

Посмотрите, сразу в лице поменялся.

Растерянный и брови хмурит.

Он замер, словно не ожидал такого вопроса.

— Так ты же молчишь, значит, всё с ним в порядке, — ответил он после паузы, пожав плечами. — Скоро приедет.

Я фыркнула, возвращаясь к книге, но сдержаться не смогла.

Настолько, да? Настолько?

— Совсем тебе башню снесло, Костя, — фыркнула я, не поднимая глаз от страницы. — Он уже улетел к другу в Европу. Уже даже сел. Всё хорошо. Увидим его в конце декабря.

Он застыл, глядя на меня так, словно я только что вылила на него ведро холодной воды.

А может и вылила бы, если бы не было встать лень.

— Что? — возмущённо воскликнул он, делая шаг ко мне.

Я всё-таки оторвалась от книги и посмотрела на него с безразличием, которое, казалось, его ещё больше раздражало.

Бесись давай, может поймешь, что я чувствовала.

— То, — ответила я спокойно, протянув руку к стакану с водой. — Свари мне кофе.

— Ты даже не посоветовалась со мной! — его голос повысился, а шаги стали резче, когда он подошёл ближе.

Я подняла на него взгляд, ленивый, почти скучающий.

— А ты советовался со мной, когда закрывал клинику? Когда угрожал мне? — холодно парировала я, снова утыкаясь в книгу. — Так что, Костя, иди и вари кофе.

— Ты просто так отмахиваешься? — в его голосе теперь звучало больше злости, чем растерянности. — Это наш сын, Наташа!

Я перевернула страницу, не удостоив его взглядом.

— Да, Костя, это наш сын. И он в порядке, — спокойно ответила я, делая акцент на последнем слове. — А вот ты, похоже, нет.

Он явно не ожидал такой реакции.

Его руки сжались в кулаки, он открыл рот, чтобы что-то сказать, но замер, будто не зная, как продолжить.

— Ты так просто… отмахиваешься от меня? — наконец выдавил он, глядя на меня так, словно я только что предала его.

— Нет, — я пожала плечами, не отрываясь от книги. — Я просто тебя больше не слышу и хочу с молоком и сахаром. Можешь добавить орехового сиропа, если вообще знаешь, где он лежит.

Я видела краем глаза, как он отступил, всё ещё пытаясь переварить мои слова.

Его ярость, его попытки «достучаться» до меня больше не трогали.

Они вызывали только усталость.