Книга Папа для озорных апельсинок, страница 12 – Кэти Свит

Проходим еще несколько метров и останавливаемся перед проезжей частью. Светофор отключен.

— Смотрим налево, – озвучиваю девочкам свои действия. Поворачиваю голову, они повторяют за мной. – Машин нет. Смотрим направо, – вновь поворачиваю голову. – Тоже.

Крепче сжимаю детские ладошки в своих руках.

— Идем.

Быстро переходим дорогу, но у меня вдруг падает телефон в самом неудачном месте. Оставляю дочек на тротуаре, сама спешу забрать аппарат.

Вдруг, словно из ниоткуда, появляется яркий свет, раздается визг шин. Внутри все обмирает, но я хватаю телефон и со всех ног кидаюсь назад.

Меня окатывает с головы до ног ледяной грязной жижей.

Стою. Обтекаю.

— Ты дура совсем? Глаза тебе для чего даны? Жить надоело?!! – из машины выскакивает мужчина и орет на меня.

Только вот его голос кажется мне слишком знакомым.

Оборачиваюсь. Свечу фонариком вперед.

Ну конечно…

— Куравлев! Сначала дочь едва не задавил, а теперь решил сбить меня?!

— Анька, блин, ты нормальная вообще?! – моментально накидываюсь на нее.

У меня перед глазами красной пеленой стоит ярость. Я с трудом соображаю. Злость перекрывает разум, и с этим уже ничего не поделать.

От переизбытка адреналина в крови меня аж трясет. Стоит только представить, что могло произойти, будь у меня реакция чуть медленнее или менее маневренный автомобиль, либо машина на встречке…

По позвоночнику выступает холодный пот. Мне становится по истине стремно.

Дважды за вечер я едва не налетел на пешеходов, был вынужден применить экстренное торможение и каким-то образом умудрился никого и ничего не повредить.

Это, блин, самое настоящее чудо.

Но тем не менее сейчас я просто нереально зол! И не только из-за едва не испорченного здоровья своей бывшей.

По сравнению с тем, что она скрыла от меня дочерей, попадание под колеса моего авто кажется сущим пустяком. Вот серьезно.

Она ведь никуда не попала.

А о том, что из-за этой дурынды мне пришлось забить на всех и вся и выкручивать руль, никто не подумал. Как и о том, что в другой стороне вполне могла стоять чья-нибудь тачка, а еще могли идти другие пешеходы.

Во дворе, хрен с ним, моя вина тоже есть. Признаю.

Но сейчас!

Сейчас я взбешен.

Дико просто!

Ласточкина меня сегодня добить решила? Сначала я едва не сбил собственную дочь, теперь Аньку саму.

Идиотка!

Хватаю ее за локоть и оттаскиваю на тротуар. Нечего устраивать разборки посреди проезжей части.

Вокруг нас такая темень, что хоть глаз коли. Нифига не замечаешь.

С трудом умудряюсь рассмотреть, что тротуар не пустой. Там стоят и во все глаза на нас смотрят две перепуганные девчушки.

Мои дочки…

— Отпусти нашу маму! – требует одна.

— Я тебя сейчас снежками закидаю! – угрожает вторая.

Бросаю на смелую малышку беглый взгляд и замечаю в ее руках массивную ледышку. Если прилетит, то мало не покажется. Даже с учетом того, что ее кинула кроха.

— Нечего на нашу маму кричать! – добавляет первая.

Девчушки сейчас очень сильно напоминают маленьких нахохлившихся бойких воробьев, которые готовы броситься на противника. Они понимают, что проиграют, но не могут устоять. Маму защищают.

Отважные девчонки. Прям все в меня.

Ну, Анька, ты у меня за молчание о них еще получишь!

— Отпусти! – шипит Ласточкина и дергает свою руку. Вырывается, делает шаг в сторону, но не успевает нормально ступить, как ее нога соскальзывает с ледышки, и Аня теряет равновесие. Снова.