Книга Хозяйка города Роз, страница 178 – Юлия Гойгель

— Для тебя бред, для неё всё серьёзно. Ты десять лет её знать не хотел. Я бы сам в твою любовь не поверил.

— Я всегда о ней думал, Марк. Никогда не забывал. Костя не знал, почему не может прекратить играть. Я не знаю, почему ждал десять лет. Ты говоришь, что она меня любит. Значит, не любит тебя. Ты знаешь, почему она тебя не любит? Даже я понимаю, что не меня, а тебя она должна любить.

Марк впервые не отвечает на мой вопрос. Зато у меня к нему есть ещё:

— Если меня посадят, ты позаботишься о ней и Артёме?

— Тебя не посадят. Если ситуация станет безвыходной, я задействую все свои знакомства.

— Сделаешь из меня дурачка? — хмыкаю я.

— Что-то вроде, — морщится Марк. — Там разберёмся. Я скажу Эле, что ты не будешь использовать запись?

Я лишь киваю. Через две недели проходит первое слушание. Андрей не называет его провальным, но и особой надежды оно не даёт. Эля и Марк тоже присутствуют в качестве свидетелей с моей стороны. Они подтверждают, что мы все оставались в доме до самого утра. Их слова, конечно, записывают, но моим алиби они не являются. Пока что вопросы и ответы не носят сексуального подтекста. Выступают другие свидетели, которые подтверждают мою драку с Костей и мои угрозы в его адрес. Вполне понятно, почему Эля и Марк остались в доме. Обвинение по-прежнему имеет сильное доказательство: я мог незаметно выйти из дома и вернуться в него.

Следующее слушание назначается через десять дней. А через пять после первого, рано утром, ко мне заходит Антон Лапин и просит отдать ему мой телефон. Упаковывает в пакет для вещественных доказательств и пишет протокол о его изъятии в день моего поступления под стражу.

— Зачем это? — удивляюсь я.

Начальник изолятора по-прежнему смотрит в заполняемую им бумагу.

— Вчера Элина Эдуардовна сама отнесла свою запись в прокуратуру. Теперь твой телефон нужно предоставить в качестве источника исходного материала. Как-то так.

Ещё через два дня меня освобождают, сняв все обвинения и принеся официальные извинения.

— Сиди до темноты, — предлагает мне Антон. — Там толпа журналистов. Вечером дам тебе форму охранника и выведем тебя через служебный вход. На полицейской машине поедешь прямо в столицу. Марк, Элина и Артём сейчас находятся в его столичной квартире. Через несколько дней сможете улететь из страны.

— Сильно много шума? — спрашиваю я.

— Хватает. Розы пока не трогают, а вот всякие нехорошие надписи каждое утро на домах и заборах Дюжев за свой счёт закрашивает. Но в сети самого видео пока нет. Твои ребята помогают отслеживать. Адвокат Андрей Романов сработал просто «на отлично», подняв все действующие и не действующие нормы, чтобы максимально сократить круг лиц, которым пришлось ознакомиться с записью и принял все возможные меры по её охране от скачивания, копирования и распространения.

Марка отстранили от работы. Пока отправили в отпуск, но, вероятнее всего, снимут с должности. Насколько мне известно, Марк смог устроить Артёма на несколько месяцев в санаторий на реабилитацию, как после травмы при аварии. Это позволит мальчику не пропустить учебный год, если вам по каким-то причинам не удастся уехать из страны. Ему объяснили, что начались проблемы из-за должности, что занимал его отец и пока нельзя возвращаться в город. Артём смотрел фильмы по телевизору и быстро провёл параллели, — улыбается начальник следственного изолятора. — Подробности узнаешь через пару часов.