Книга Любовь на грани смерти, страница 27 – Юлия Гойгель

В воскресенье Влад снова собирался в трёхдневную рабочую командировку в Москву. Но, так как на наше сегодняшнее свидание я не согласилась, Васильев решил поехать раньше. Видимо, чтобы развлечься в одном, а, может, и не одном московском клубе. И, как обычно, перепутал половину документов. Последний раз большой начальник звонил мне в обед, чтобы уточнить, где лежат нужные бумаги. После него на мой телефон звонков не было.

Услышав, что пошли гудки, я успела нажать режим громкой связи. Мужчины громко хлопали дверями, заглушая гудок телефона. Боясь, что старенький гаджет быстро заметят, я бросила его в свою открытую сумочку, крепко прижав её к собственному дрожащему от страха телу.

Ну почему, почему, я не согласилась провести эту ночь с Владом?

Один из похитителей сел за руль, второй пристроился рядом со мной. Дверцы старенькой иномарки исправно щёлкнули, блокируя мой путь на свободу.

— Что вам нужно? — спросила я. Голос срывался от страха. Если Бесов не ответит, или бросит трубку, или банально решит не вмешиваться? Не успеет, не найдёт… Ой, мамочки… Я не переживу! Хотя не факт, что меня планируют оставить в живых.

— Немного развлечься, — неприятно хохотнул тот, что сидел рядом со мной. — Получишь удовольствие, доставишь нам, и мы в расчёте.

— Почему именно я? — вырвалось прежде, чем я приказала себе собраться и задавать только нужные вопросы.

— До хрена с боссом трахаешься, — снова загоготал сидящий рядом. — Попросили тебя хорошенько отыметь, чтобы на начальственный член ещё долго не смотрела. Не переживай, исполним в лучшем виде. По паре раз, куда и все, и по разу в задницу. Так сказать, на посошок. Если будешь послушной, то с минимальными последствиями для тебя и, особенно, для твоей пятой точки. Если придётся по-плохому, месяц на неё не сядешь.

— И кто это решил? — поинтересовалась я.

— Не спрашивали. Либо его бывшая, либо твой. Третьего не дано, — продолжал ржать мой сосед. — Так где тебя оприходывать будем?

— Какие есть варианты? — уточнила срывающимся голосом.

— Можно здесь. Но лучше на пустыре за твоим домом. Там точно никто не помешает, а тебе до дома ближе на четвереньках ползти.

Уроды снова заржали. Они чем-то были похожи друг на друга: почти одинаковые ростом, короткостриженые, в несвежей, с неприятным запахом, одежде. Собираясь на «свидание» со мной, наверное, не только нижнее бельё не поменяли, но и душ вряд ли приняли. Какая же мерзость!

— Лучше на пустыре, что за моим домом, — чётко повторила я, если меня слышат. Ничего другого больше не оставалось.

— Едем, — согласился водитель и машина, сопя и кряхтя, тронулась с места. Завелась сразу, на мою беду.

— Приступай, — мой сосед одной рукой стал расстёгивать джинсы, а второй пытался нагнуть мою голову.

— Не боишься, что откушу, когда машину на выбоине подбросит, — пролепетала я, отодвигаясь как можно дальше.

— Зубы выбью, — пригрозил «нетерпеливый». Между нами завязалась борьба.

— Тоха, подожди до места, — забеспокоился водитель. — Машины навстречу едут, ещё кто-нибудь ваши обнимашки заметит.

— Да эту сучку можно раком посреди остановки поставить, никто не заступиться, если только в очередь встанут, — отозвался Тоха. — Давай, тёлка, ноги раздвигай, рот на потом оставим. Сашка придержит, чтобы не рыпалась.