Книга Любовь на грани смерти, страница 70 – Юлия Гойгель

Как мне как-то вечером рассказал сам Леон, особенностью национальной кухни его родины являлось полная взаимозаменяемость мяса. Нет ягнёнка, добавили баранину, можно телятину или говядину, если совсем туго, заменили курицей. Также на столе часто были мясные блюда, похожие на наши фрикадельки и пельмени, начинкой которых являлся лук и шпинат. В выходные на обед подавался густой и наваристый суп, опять же, с изобилием мяса. Вес каждого мужчины, на мой взгляд, перевалил за сотню. Даже Влад, самый стройный из них, весил сотню. Все втроём часто зависали в расположенном в подвале коттеджа тренажёрном зале. Понятно, что всю эту активность и впечатляющие габариты нужно компенсировать приличной порцией белка.

Леон упоминал, что молочные продукты также часто встречаются в афганском меню. Но никто из братьев их не любил. Я тоже не жаловала. Единственное, что постоянно находилось в холодильнике — это разнообразные йогурты. Их любили все.

Уже Стас рассказал мне о том, что основным напитком в Афганистане является чай. Его пьют без ограничений, как чёрный, так и зелёный. Привычка к кофе возникла уже в Америке.

— Может, хочешь, чтобы тебе что-нибудь приготовили? — спросил Леон, глядя на кусочек лепёшки в моих пальцах.

— Нет, спасибо. Я не голодна. Можно, я пойду в комнату?

— Иди, — разрешил он.

Вернувшись в спальню на втором этаже, взяла свои вещи. Пользуясь отсутствием Влада, я набрала ванну и, добавив ароматной пены, залезла в горячую воду. Своей ванны в гостевой спальне не было.

Нервный озноб всё ещё сотрясал тело. Хотелось в чём-то согреться. Я всё ещё отчётливо чувствовала сильные руки Леона на своей шее. Воспоминание лишь усиливало озноб.

Горячая вода сделала своё дело. Я понемногу расслабилась и не заметила, как уснула. Проснулась от того, что кто-то открыл краны с горячей водой и слив ванны, спуская остывшую воду.

— Заболеть решила? — мягко укорил меня Бесов.

— Нет. Уснула. Мне холодно было.

— Естественно. Вода давно остыла.

— Ещё раньше. Что вы делаете?

Мужчина снял свою футболку и выглянул из ванной.

— Стас, сделай Лизе чай, — дожидаться ответа не стал, вновь прикрыв дверь. Налил на губку гель и стал растирать моё тело. — Пытаюсь тебя согреть. Сейчас сполоснём горячим душем и отнесу тебя в кровать.

— Я сама дойду. Мне ходить хочется. Ведь я уже могла никогда не встать.

Его лицо дёрнулось, и я поспешно прикусила язык. Вот какой чёрт заставляет меня драконить мужчину? Сейчас точно додушит. Испуганно сжалась, втягивая шею в плечи. Но Леон взял в руки душевую лейку и стал настраивать температуру воды.

— Не горячая?

— Нет. Нормальная.

Промокнув мягким полотенцем, завернул в большую махровую простыню.

— Посиди здесь, — сказал мужчина. — Спущусь в спальню и принесу тебе рубашку.

— В моей комнате есть старые. Зачем спускаться, — возразила я.

— Хорошо, — не стал спорить он. Принёс ночнушку, затем снова завернул в простыню, словно ребёнка, и отнёс на кровать. Положив, закутал в одеяло. Но сам не стал садиться рядом. Опустился на ковёр возле кровати.

Вернулся Стас с кружкой горячего чая. Когда я его выпила, мужчина подал мне телефон.

— Проверь. Может есть новые сообщения от фотографа.

— Есть, — подтвердила я. — Хочет пять тысяч долларов. Если не дам, обещает отправить фото родителям. Сбрасывает мне условия экспресс-кредита. Пишет, что могу им воспользоваться, если не хочу просить денег у Влада. Но, судя по моему сегодняшнему платью, для Влада это пустяковая сумма.