Книга Любовь на грани смерти, страница 96 – Юлия Гойгель

— Но вы же, надеюсь, знаете, что пол ребёнка определяет именно мужчина. В женском организме две Х — хромосомы, в мужском — ХY. При оплодотворении женщина всегда отдаст только Х — хромосому. Другой у неё просто нет. А мужчина может отдать любую. Если Х — родится девочка, если Y — соответственно мальчик. У нас это в школе на биологии проходят, — на всякий случай напоминаю я.

— Знаю, — отвечает Бесов. — Многие отцы хотят именно дочку. Я буду любить всех своих детей. Но первого я хочу именно сына. Понятно, что, если родится девочка, её мать за это бить не стану. Да я слова плохого не скажу. И никакого разочарования не будет. Но, положа руку на сердце, говорю, как есть. Я хочу первым именно сына.

— А ещё я где-то читала, что есть мужчины, которые по определённым генетическим причинам могут никогда не зачать мальчика, — не могу не упустить возможность сбить немного спеси с будущего отца. — Такие исследования проводятся. Только очень дорогие.

— Я подумаю об этом, если у меня пять раз подряд родятся одни девочки.

— Даже не знаю, посочувствовать или порадоваться за вашу будущую жену, — невольно вздрагиваю я.

— А что ей делать? — удивляется Леон. — Работать не нужно. Рожай потихоньку. Ну, не каждый год. С перерывами. Денег хватит не одну няню нанять. Я совсем не против их помощи.

— Конечно, когда четверо мал мала меньше будут над ухом орать, когда пятого делать? — невольно хихикаю я. — Главное, чтобы вашей жене рожать понравилось.

— Про первый раз тоже страшилки рассказывают. А ты сама сегодня призналась, что даже больно не было. Что там про роды девочки в институте рассказывали? — припоминает мне злопамятный Бесов.

— В нашей группе рожавших не было. А на работе, из тех, кто рассказывал, никому не понравилось.

— Ладно, когда хотя бы раз родишь, разберёмся, — обещает начальник и, поправив подушку, прижимает меня к себе. — Спи. Иначе твои родители завтра, посмотрев на твоё не выспавшееся личико, точно заинтересуются тем, чем занимается их дочь по ночам.

— Листовки клеит.

— Спи, горе моё!

За ранним завтраком Каролины и Влада не было. Зато Стас всё время ворчал по поводу моего желания навестить родителей. Даже есть перехотелось. Неужели Леон не сделает ему замечание? Мы же за столом. Словно услышав мои мысли, Бесов зашипел на свою вторую голову. Та, наконец-то, начала заниматься тем, чем и должна. Пережёвыванием пищи. А её, для поддержания мощной драконьей туши, нужно много.

Для посещения отчего дома пришлось подняться в свою комнату на втором этаже и вытащить из шкафа единственные оставшиеся джинсы и простую майку. Натянув их и начав надевать маечку я поняла, что забыла снять дорогое бельё.

Вдруг, когда стану переодеваться в доме, мама или сёстры случайно увидят? Бельё не слишком открытое и не кружевное, но издалека видно, что не местного производства.

Так как Леон зачем-то пришёл следом за мной, взяла первый попавшийся старый комплект, и зашла в угол между шкафом и стеной, чтобы не раздеваться догола на глазах мужчины. Не могу я прямо перед ним, средь бела дня, снять с себя всё и, прыгая на одной ноге, натягивать другие трусики. Пусть это и будет смотреться скорее комично, чем возбуждающе.

Лифчик выглядит более-менее, а вот на стареньких трусиках полоска тонкого кружева, пришитая к боковому шву, заметно оторвалась. Ничего не остаётся, как вернуться к шкафу и попытаться найти что-нибудь более целое.