Книга Чужой муж, страница 24 – Юлия Гойгель

Разговариваем, пьём вино и слушаем новогодний концерт. Начинает звучать симпатичный медленный трек.

— Потанцуешь со мной? — предлагает Олег и протягивает мне руку. — Хочу на тебя в платье ближе посмотреть.

Я не возражаю. Мы медленно двигаемся, крепко прижавшись друг к другу. Даже тогда, когда песня заканчивается и начинается другая, быстрая.

Мы уже не слышим её. У нас своя, собственная мелодия. Где-то внутри сердца. Длинная и лёгкая юбка платья красиво скользит по брюкам мужчины. А его руки — по моей спине. В какой-то момент верх платья чуть спадает, обнажая плечи и часть груди, но я не бросаюсь поправлять его.

— Как же мне хорошо с тобой, — шепчет Олег, касаясь губами обнажившейся кожи. Жадно втягивает носом аромат моего разгорячённого тела. Мы лишь танцуем, а я уже хочу его. — Вкусная. Никак не надышусь тобой.

Он что-то ещё говорит, но я уже не воспринимаю смысл слов. Все его слова для меня превращаются в ласку. Они скользят по моему телу, сминая лёгкую ткань платья и пробуждая никуда не ушедшее, а лишь придремавшее желание.

— Рита, я так хочу тебя поцеловать, — его просьба всё же проникает в моё таящее от страсти сознание. — Моя хорошая, моя маленькая, моя нереальная девочка.

Восхищается мной и восхищает меня, купает в нежности и вызывает ответную, горит мной и плавит в себе. Я становлюсь лёгкой, как платье, желая также плотно обвиться вокруг его тела, скользить по нему, как скользит невесомая прозрачная ткань.

Поднимаю голову, встречаюсь с ним взглядом и касаюсь его губ. Мы снова ласкаем друг друга, узнаём, изучаем, наслаждаемся обычным поцелуем, словно самой грешной лаской.

— Хорошая моя, — часто повторяет мужчина и подцепив верх платья, медленно стягивает с моей груди. Чуть приподнимает меня в своих руках, наклоняет голову, целуя и лаская набухшие соски. Ниточки страсти, словно светящиеся проводки горящей на ёлке гирлянды, всё больше и больше пронзают моё тело. Наполняют жаром.

Я знаю, что в эту ночь снова позволю ему все. Сегодня мы не будем ни о чём думать. Мы будем любить. Так, как любят лишь однажды.

Мужчина ведёт меня к ёлке и чуть в сторону, где горит искусственный камин. Стягивает с края дивана пушистый светлый плед и бросает на пол.

Я наклоняю голову, чтобы он мог расстегнуть платье. Совершенно бесшумно оно падает на пол. Мужская рука поднимает его и кладёт на диван. Я тоже расстёгиваю его рубашку. Веду пальцами по горячей коже, слышу бешеный стук его сердца. Не отрывая взгляда от его глаз, касаюсь губами плоских сосков, чуть прикусываю их зубами и тут же зализываю языком. Он не сдерживает тихого хриплого стона. Кладёт руку на мою голову и чуть оттягивает назад за распущенные волосы.

— Рита-а-а, не спеши. Сегодня я хочу, чтобы ты только наслаждалась.

— Но я наслаждаюсь. Мне нравится тебя целовать и трогать.

— Тогда чуть позже, — находит компромисс мужчина и, сняв свою рубашку, бросает на плед. — Давай, хорошая моя, ложись.

Я послушно опускаюсь на рубашку, которая хранит запах его парфюма. На мне остались только чулки и трусики.

— Раздвинь ножки, милая.

Выполняю просьбу. Мужчина становится на колени, между моих разведённых ног и стягивает трусики. Приходится согнуть одну ногу, затем вторую, чтобы снять бельё. Олег обводит языком пупок, долго целует живот и медленно спускается вниз. Несмотря на затопившее меня возбуждение, я всё же пытаюсь свести ноги, не готовая к тому, что он будет так близко смотреть на меня внизу живота.