Книга Студент: Казнь, страница 71 – LikanTrop

— Михаил Дмитриевич! К вам Павел Лаврентьевич Трусов! — постучав в дверь, в кабинет заглянул личный порученец полковника сержант Шестаков.

— Проси, — махнул крупной ладонью размером с лопату мужчина и поморщился. Визитеров и звонков сегодня будет много. Передернув широкими плечами, мужчина откинул свое грузное тело с небольшим животиком на кресле и внимательно посмотрел на обтянутую черным дермантином дверь, которая через секунду открылась и исторгла из себя в кабинет председателя горисполкома, остроносого средних размеров мужчину лет сорока с шикарными густыми волосами, зачесанными назад, и с висками посеребренными легким налетом седины.

— Миша, что черт подери у вас там случилось ночью? Я требую объяснений! — строгим недовольным голосом заявил гость в темно сером костюме с красным депутатским значком на лацкане.

— Павел Лаврентьевич, ты бы присел. И давай без наездов. Это ты у себя там, того и этого. А не у меня тут. Я, между прочим, этой ночью не спал, — покачал головой полковник и указал на свободное кресло с другой стороны стола.

— Оно и видно. Мешки то под глазами ого-го, — хмыкнул председатель и аккуратно присел в кресло, — Михаил Дмитриевич, ты все-таки потрудись объясниться.

— Мда! С чего бы начать, — задумался полковник. Поставил локти на стол и взял ладони в замок, — вчера вечером в 21−15 в дежурную часть начали поступать многочисленные звонки с жалобами от неравнодушных граждан. Все из одного места. А именно из поселка, где находится дом Андрей Павловича Хромова. Нам с тобой хорошо известного кооператора. В результате чего, на место выехал наряд, который установил факт самопроизвольного возгорания и детонирования фейерверка. С жителями поселка была проведена разъяснительная работа в виде беседы о причинах шума.

— Браво! — Павел Лаврентьевич картинно захлопал в ладоши, — ты, Миша, так в протоколе у себя и напиши. А мне мОзги не крути. Давай как на самом дело было.

— А на самом деле, Паша, — милиционер вздохнул и сделал глоток из чашки, — вчера представители организованной преступной группы из города Балашиха попыталась похитить твоего племяша и сына Хромова. А когда узнали, что у отправленной группы не получилось и что их подстреленного корешка, важного как хуй бумажный, люди Хромого отвезли к себе в дом, нагрянули к нему на десятке машин и расстреляли этот дом из огнестрела к едрёна фене! А еще, на последок, в окно закинули гранату. А я тебе говорил, что эти ваши два идиота нам будут стоить голов! — Милютин повернулся боком на кресле, просунул ноги в домашние тапочки и подошел к сейфу. Нагнулся и достал оттуда бутылку коньяка с парой рюмок, — будешь?

— И что? Просто приехали и начали палить? Бориса то не задело? — удивился мужчина, принимая рюмку

— Не задело! — поморщился Милютин, в его ответе явно слышались нотки сожаления, — а на счет палить? Нет, не просто начали. Сперва убедились, что их кореш копыта отбросил, — Михаил Дмитриевич нахмурился и опрокинул рюмку.

— Но это же скандал!

— Да не ссы. Что вы без меня делали бы, между прочим? Замял я все, говорю же. С теми, кто вызов сделали, поговорили, с кем-то так, на словах. А кому-то по паре бутылок водки всучили. Вроде как в благодарность от милиции, бляха муха, — фыркнул мужик, — так что по бумагам все шито крыто, между прочим.