Онлайн книга «Студент: Казнь»
|
— Это ты молодец, конечно, Миша. Только дальше то что? А если опять кто к нему приедет? — А дальше? Дальше Паша я умываю руки. И больше в делишки Хромого пока лезть не собираюсь. И между прочем в гости в «Афродиту» меня тоже не ждите, — полковник откинулся на кресле и размял шею, громко хрустнув позвонками. Хандроз, чтоб его, — и тебе того же советую! Пока что от Хромого следует дистанцироваться. Я уже и патрульной машине ГАИ распоряжение отдал, чтоб грузы из Шарика больше Хромого не сопровождали. — Здраво, надо переждать, а там посмотрим, — кивнул председатель и замахнул рюмаху, — и племянника скажу, чтоб Хромов на дачу к сестре вернул. Нечего ему делать в доме бандита. — Только охрану пусть этим идиотам даст по серьезней, — зло зыркнул на товарища милиционер, — чтоб народ от них защищали. 13 ноября 1988 года. г. Долгопрудный. Войков Евгений Иванович Майор к обеду вторника стоял у мощной металлической двери в подвал местного сообщества афганцев и ждал ответа. Он и сам мог оказаться среди ребят, которых активно собирал вокруг себя сержант Григорьев, с которым майор познакомился в учебке на Кушке, а позже, какое-то время прикрывал со своим охранным батальоном танковую бригаду, в которой успешно воевал Владимир. Но Войков отказался, потому как идти в подчинение младшему по званию, пусть и уже на гражданке, посчитал ниже своего достоинства. Остался в родных Химках, пообтерся и пошел к кооператору в ресторан заниматься охраной. Только сложилось все таким образом, что в последнее время вместо охраны объекта, майор все чаще занимался выбиванием долгов и решением сопутствующих вопросов кооператора, которые явно лежали где-то в серой зоне законодательства СССР. И такая работа, пожалуй, и не слишком бы сильно его тяготила, если бы кооператор Власов не был таким мудаком. К тому же мудаком жадным. — Кто там? — из-за двери наконец послышался голос, а в глазке почудился блик, после чего дверь открылась. За ней появился явно вдатый молодой пацан в армейских штанах и белой майке, в народе прозванной алкоголичкой: — Товарищ, майор? — расплылся в улыбке Дорофеев, — каким судьбами? Проходите! — Можно на «ты» Антоша. Не на службе теперь, — протянул руку Евгений и крепко пожал ладонь парня, — а чего у вас так пусто? — Да вот! Все делами занимаются. Один я на телефоне, — кисло хмыкнул парень и они двинулись по полуподвалу в сторону подсобной комнаты. — И что? Много дел? — спросил майор, садясь на диван, возле которого располагался стол. На столе стояла бутылка водки, а рядом на тарелке лежал нарезанный крупными кусками коньячный сервелат и кусочки белого хлеба. — Немало. Водки будете? То есть, будешь? — предложил парень и, когда майор отрицательно покачал головой, сел за стол и налил себе в рюмку, — только я в последнее время как-то все чаще в немилости. — Натворил чего? — Личная неприязнь, — махнул рукой парень и выпил, — а вы чего? К нам все таки решили? Решил, — снова поправил себя Дорофей, которому было крайне непривычно обращаться на «ты» к старшему по званию, — было бы отлично! С вашей… С твоей железной рукой, ты бы быстро порядок навел. — Давай будем считать, что я этих слов не слышал, — нахмурился мужчина на столь вопиющее пренебрежение субординацией, все-таки Вова Григорьев был старшим в местном коллективе, а тут такие разговорчики, — да и к вам я по своим делам. Хотел за одного человечка из Долгопрудного спросить. Говорят, известный в ваших краях. |