Книга Три желания для золотой рыбки, страница 78 – Кристина Миляева

Дорога начала меня убаюкивать, и я почти провалилась в сон, когда камни на одном из родовых ювелирных гарнитуров ярко вспыхнули. Рубины из алхимического ряда переливались так, словно в замкнутом пространстве кареты началось солнечное представление. Но нет, это всего лишь сработала наложенная моими предками защита. Распахнув глаза, я узрела ошарашенное лицо сопровождавшего меня офицера и небольшой черный агат на его ладони. Что он пытался сделать, я даже не бралась судить — в магии камней была не столь хороша, как в алхимии.

— Простите, герцогиня, — икнул побелевший Ладгаст. — Я не хотел нарушать ваш покой, этот камень должен был облегчить ваше состояние. Моя мама тоже больна, и агат помогает справляться с ее приступами. Вот и носим мы все по камешку для критического случая. Она не так хорошо себя контролирует во время припадков, как вы.

— Можешь не врать, — я прищурила глаза. — Будь это простой камень — рубины молча перенесли бы воздействие, только едва нагрелись бы, чтобы предупредить. А от твоего артефакта они взбесились, показывая едва ли не смертельную опасность. Советую сказать правду и не морочить мне голову. Я пережила достаточно покушений на свою жизнь, чтобы не умереть всего за пару часов до объявления о моей помолвке.

— Но это правда, — глаза парня невинно захлопали, смотря на меня с жалостью. — Отец дал нам с братом такие камни, и теперь каждый раз, когда мама порывается от него сбежать в панике, мы просто успокаиваем ее. Все воздействие сводится к нейтрализации ненужных человеку эмоций. Больше артефакт не несет в себе ничего постороннего. Так что вы ошибаетесь, он не опасен для здоровья.

— Дай сюда, — я протянула руку в требовательном жесте.

Ладгаст помедлил, но с неуверенностью все же протянул мне гладкий артефакт размером с крупную бусину. Поднеся к глазам камень, я направила энергию одного из собственных рубинов внутрь него. Передо мной должна была открыться матрица камня. Предки постарались на славу, каждая герцогиня таскала на себе целую подпольную систему по распознаванию и созиданию чар. Вот и пригодились старые карты из рукава. Все же некоторые фокусы никогда не утратят своей актуальности. А некоторые даже через тысячелетия не найдут замены.

Наконец система отвисла и выдала мне конечный результат. Ох, я даже залюбовалась, когда перед глазами повисла матрица с красными и зелеными переплетениями. И мне еще будет доказывать этот офицеришко, что не пытался навредить. Впрочем, если припомнить его слова, может и не догадывался о его опасности.

— Кто твоя мать? — отвлекшись от созерцания камня, я посмотрела парню в глаза.

— Баронесса де Фатас, — пробубнил Ладгаст, флегматично пожимая плечами.

— Демоны вас всех подери, — тихо прошипела я сквозь зубы.

— Что случилось? — кажется, он и вправду не понимал.

— Расскажи все, что ты знаешь о семье своей матери? — вздернув бровь, покрутила артефакт в пальцах.

— Отец пожалел ее и приютил, — печально протянул собеседник. — В то время семья матери проигралась, и дед выставил дочь на торги. Отец при поддержке короля смог ее выкупить и увезти к себе в поместье. Потом родился мой брат, и у матери начались первые проблемы с головой. После моего рождения ей стало совсем плохо — она начала убегать, плакать и умолять перестать ее истязать. Несла полный бред про какую-то белую розу. Вот для ее лечения и создали артефакт.