Онлайн книга «Майор Кошмар и Кофейное чудо»
|
Был готов кончить, но я не хотел так быстро, перевернул Милу и поставил раком. — Готовься, малышка, – хрипнул я, входя в нее одним толчком. Ее киска обняла меня, горячая, скользкая, и я начал долбить – резко, глубоко, вбиваясь в нее, как молот в наковальню. Мой палец нашел ее анус, тер его, слегка надавливая, и она закричала: — Леша, да… а-а-а… еще, боже мой, какой ты большой… а-а-а…! Я шлепал ее по бедрам, вгонял член до упора, палец скользил по тугому колечку ануса, и она кончила, сжимая меня так сильно, что я чуть не сорвался на крик сам. — О господи, Леша, я снова… да… а-а-а! Ее влага стекала по моим яйцам, я рычал, но сдержался, вытащил ее и уложил на спину. Раздвинул ноги – широко, до предела, – встал на колени между ними и вошел, медленно, растягивая ее. — Леша, господи… не могу…. Не могу больше… а-а-а… да-а-а-а… Ускорился, мой член врывался в нее, яйца бились о попку, грудь колыхалась, соски торчали, как спелые ягоды. Я сжал их, крутил, тянул, и она закричала: — Кончай, Леша, давай, заполни меня! Господи… да-а-а-а… я скоро…. Снова… Я вгонял в нее, чувствуя, как она пульсирует, и мы кончили вместе. Излился в нее, сперма хлынула, густая, обжигающая, заполняя ее до краев. Я рухнул на нее, дрожа, и прохрипел: — Ты ненормальная, Буйнова. — А ты дикий, Седов, – выдохнула она, ее пальцы гладили мою спину, пока сперма текла по ее ягодицам. Мы поднялись, я потащил ее в душ. Горячая вода лилась на нас, я прижал ее к кафелю, наклонился к ее груди – соски были темными, набухшими, – и начал лизать их, посасывать, покусывать. Она застонала: — Леша, боже мой, я не знаю что со мной, я хочу… хочу снов тебя. Спустился ниже, раздвинул ее ноги, вода стекала по ее телу, а я впился в ее киску, сосал клитор, три пальца вошли в нее, терли ее изнутри. Начал трахать, клитор как спелая вишня был между моих губ, я сосал его. — Да, Леша, глубже, да-а-а-а… а-а-а-а… Она кончила снова, и это было для меня как лучшая награда, соки смешались с водой, я слизал их. Мила дрожала, вцепившись в мои плечи, пока вода глушила ее крики. Потом мы побрели на кухню – варить кофе, завернувшись в полотенца. Мила стояла у окна, молчала, и я не выдержал – ее тело, ее изгибы, ее кожа, гладкая, как шелк манила меня, а член снова стоял. Сорвал ее полотенце, как дикий рванул к себе, прижал к столу и впился в ее шикарную грудь – лизал их, кусал, пока они не стали твердыми, как орехи. Так продолжалось слишком долго, яйца вновь налились спермой стали тяжелыми, член болезненно стоял, я снова ласкал ее киску которая давала влагу, готовясь принять меня. — Леша, трахай меня, не могу больше! Удобней устроился между ее ног, устраивая девушку на столе, раздвинул их как можно шире, закинув лодыжки себе на локти, ее киска раскрылась, блестящая, мокрая. Вошел медленно и глубоко, начал двигаться, стол скрипел под нами, и она кричала: — Да, Леша… еще… сильнее… хочу тебя всего! Я восхищался этой девушкой, хрипел, сходил с ума. Я сжимал ее бедра, долбил, пока она не задрожала, крича: — Леша, я кончаю, да-а-а-а… а-а-а-а…. Ускорился, член пульсировал, и я кончил, заливая ее спермой – горячей, липкой, ее киска принимала ее всю, словно высасывая из меня все до последней капли, она стекала по столу. Мила обмякла, обняв меня, и я выдохнул: |