Книга Воплощение Похоти 5. 18+, страница 33 – Игорь Некрасов

Он сделал шаг вперёд. Всего один неосторожный шаг, и тут же послышался сухой хруст веток под ногами. Земля провалилась, и Гарт с коротким, обречённым криком исчез в глубокой яме. Снизу донёсся отвратительный, чавкающий звук и один-единственный, обрывающийся стон.

— ГАРТ! — закричал молодой солдат и, не думая, бросился вперёд, чтобы помочь.

Его нога намертво застряла в петле, искусно сплетённой из лиан. С оглушительным треском с дерева сорвалось заточенное бревно с десятком острых кольев и с размаху вонзилось ему в грудь, пригвоздив к земле. Он даже не успел вскрикнуть.

Остальные трое застыли в ужасе. Один из них, обезумев от страха, рванулся назад, к лесу. Он пробежал всего три шага, когда из-под лесной подстилки взметнулась гибкая жердь с привязанным окровавленным копьём. Она ударила его с такой силой, что отбросила тело назад, прямо на растяжку, которая привела в действие ещё один механизм, который лишил жизни оставшихся двух.

Через несколько секунд наступила тишина. Тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием веток и бульканьем крови, медленно заполнявшей одну из ям.

Маленький шармук, дождавшись, когда всё стихнет, подошёл к краю ближайшей ловушки, заглянул вниз, увидел неподвижное тело и, флегматично чиркнув лапкой по уху, побежал по своим делам. Его работа была сделана. Он их заметил. А то, что некому было доложить… Так это были уже проблемы больших двуногих.

* * *

Склеп, и без того наполненный могильным холодом, встретил новоприбывших леденящим душу эхом. Воздух, густой от запаха костной пыли, остывшей магии и едва уловимого дыма сгоревших душ, заколебался от скрипа открывающейся двери.

В проёме, окутанная этим зловещим ореолом, возникла Сата. За её спиной, подталкиваемые шестью безжалостными скелетами-конвоирами, чьи пустые глазницы сияли тусклым послушанием, вползли трое пленников. Завершал эту мрачную процессию Дуллахан.

Всадник в доспехах, хранящий вечное молчание, он встал в проёме, подобно живой — или, точнее, мёртвой — горной гряде, наглухо перекрыв вход своей массивной, закованной в прочные кости фигурой.

Пленники — двое измождённых рабов и Олэк, чьё туповатое лицо исказил животный ужас, — озирались с тем отчаянием, которое способен испытывать только живой человек, попавший в логово смерти. Сам воздух, которым они дышали, был для них пыткой — он обжигал лёгкие обещанием конца.

Их дико бегающие взгляды выхватили из полумрака знакомую и оттого ещё более пугающую фигуру: тело Шарка, бесформенно распластавшееся на каменном полу в глубоком, подаренном страхом обмороке.

Сата, с её вечной невозмутимостью архивариуса, пришедшего на работу, даже не удостоила пленников взглядом. Её чёрные кости, отливавшие синевой в призрачном свете, пронеслись по склепу, словно тень.

Её путь лежал к Шарку.

Она не стала наклоняться и проверять его состояние. Её методы были просты и эффективны. Сата занесла свою маленькую костяную ножку и с сухим щелчком пнула его в ребро.

— Вставай, лентяй, — проскрипела она своим монотонным, абсолютно бесстрастным голосом, в котором не было ни капли раздражения, лишь констатация факта, будто она обращалась к сломавшемуся механизму.

Шарк ответил глухим стоном. Его тело дёрнулось, и он, медленно, с трудом, начал приходить в сознание, потирая ушибленное ребро. Сата же уже повернулась к главному объекту своего интереса. Её костяные пальцы взметнулись в быстром, сложном жесте, похожем на танец паука.