Книга Прах херувимов, страница 67 – Евгения Райнеш

— Были ли у ребёнка какие-нибудь душевные травмы, испуг?

Мама странно вскинулась, разозлилась, закричала на доктора:

— Он совершенно здоровый ребёнок! У нас нормальная семья, никто его не обижает, никто не давит. Что вы такое говорите? Будто он какой-то сумасшедший.

Врач головой покачала и посмотрела на неё проницательно:

— Думаю, что я права.

Но мама схватила Даньку, поволокла к другому специалисту, который не намекал о душевном здоровье, а просто выписал очередные мази и микстуры.

С возрастом кожные болячки прошли, только иногда, очень редко, напоминали о себе неистовым зудом, но Даня научился справляться и с ним. А вот душевный дискомфорт и постоянное внутреннее волнение даже с течением времени не исчезли.

Даня доставал мобильный телефон, когда в Форде, тоскующим по соседству, стекло поползло вниз. Мужик в раздражающе отпускной рубахе с пальмами (у Дани тоже такая имелась, но он её принципиально не носил в городе, даже в самую знойную жару), перехватил его взгляд и сплюнул через окно на дымящееся шоссе.

— Сколько нам тут ещё? — он задал риторический вопрос в равнодушное пространство, и, очевидно, хотел добавить что-то неприличное, но передумал. Наверное, почувствовал, что повышать накал эмоций не стоит.

Даня неопределённо пожал плечами и улыбнулся:

— Сколько ни стой, не заплатят за простой.

Он профессионально «чувствовал аудиторию», и заготовленные фразы на все случаи жизни сами собой выскакивали из него пулемётной очередью. Включался затейник моментально:

— Лучше в пробке действа нет, чем талантливый минет.

Мужик захохотал, поглядывая на Даню с благодарностью за эту секунду веселья.

— Да где ж его взять-то? — сквозь смех спросил он товарища по несчастью.

— Да, с услугами здесь туго, — подмигнул Даня, — обеспечение досуга на этом сафари не на высоте. Все своё нужно возить с собой.

— И даже просто воды купить невозможно, — пожаловался ему владелец Форда.

На Даню опять накатило странное обессиливающее удушье. Ещё с утра тяжёлая голова, несмотря на предварительно проглоченную таблетку обезболивающего, как-то непонятно ныла. Время от времени перед глазами всё дёргалось и плыло.

Он вытер резко выступивший пот со лба, облокотился на машину. Любимый Джазик обдал жаром, обжёг накалённым на солнце металлом, но помог сохранить равновесие. Поплывший было мир тут же вернулся на своё место. «Это от жары, — подумал Даня, — ещё несколько часов в пробке, и меня можно будет выносить вперёд ногами».

Мужик продолжал смотреть на него выжидающе, словно требуя новую порцию веселья.

— Маркитанский обоз затерялся в пути, — Даня на минуту утратил связь с аудиторией, шаблонная заготовка выскочила явно не из этой программы. Мужик уставился на него с недоумением.

— Отгремели песни нашего полка…

— Чего?

— Маркитанка юная убита, — все так же рассеянно подтвердил Даня.

Он наконец-то заметил непонимающий взгляд Форда.

— Губит людей не пиво, губит людей вода, — поправился Даня, привычно выдавая то, чего от него ждут.

Мужик опять с готовностью захохотал.

— Да ты весельчак! На дачу едешь? — кивнул он в сторону пригорода, куда изначально стремились плотно прижатые друг к другу автомобили.

Даня собирался ответить что-то необязательное и глупое, но у мужика зазвонил мобильный, и тот тут же углубился в какие-то громкие распоряжения.